гештальт девушка модель работы с семьей

работа на вебкам в москве

Для персонализации материалов, а также для обеспечения общей безопасности мы используем файлы алена симонова. Продолжая использовать сайт, вы разрешаете нам собирать информацию посредством использования файлов "cookie". Более подробная информация:. Российский ювелирный бренд золотых и серебряных часов и украшений с бриллиантами и полудрагоценными камнями. Более подробная информация: Политика использования файлов cookie.

Гештальт девушка модель работы с семьей работа веб модели как это

Гештальт девушка модель работы с семьей

Предложу схему того, как работает стабилизатор, на примере ночного энуреза у ребенка. В дисфункциональной семье, где супруги с трудом уживаются вместе, появляется ребенок. Известно, что трудный брак — это всегда трудный секс. В нашей культуре непроизвольное ночное мочеиспускание считается возрастной нормой примерно до двух с половиной — трех лет. Случилось так, что в течение первых двух лет жизни ребенка отношения супругов портились; особенно негармоничными становились сексуальные отношения.

Итак, сексуальные отношения складывались непросто, но в остальном брак представлял ценность для супругов. Возникла непростая задача — сохранить добрые отношения, но избежать интимной близости. Беспокойство за ребенка: как он там, не мокрый ли, не раскрылся ли — хороший повод, чтобы отлучаться к детской кроватке и ссылаться на свое беспокойство как на причину неготовности к сексу.

Не ты плохой любовник или плохая любовница, а просто тревожное родительское сердце отвлекает. А тут как раз ребенку и по возрасту пора начать проситься, а он не просится, и это неслучайно. Родители или один из них начинают высаживать ребенка ночью, а также явно реагировать на мокрую постель.

Для ребенка такое поведение родителей является положительной обратной связью, подкреплением мокрой постели, потому что для него значимым сигналом является любое, пусть даже эмоционально негативное внимание к нему. Мокрая постель для ребенка становится путем к сердцу родителей. Идет время, ребенок растет. Теперь ночное недержание мочи квалифицируется как энурез. В семейной системе он занимает достойное место.

Я вспоминаю одну семью, где энурезом страдал одиннадцатилетний мальчик. Семья жила в трехкомнатной квартире. Были детская с книжками, письменным столом и игрушками, гостиная с диваном и телевизором и спальня с двуспальной кроватью и трюмо. В спальне спали мама и сын.

Папа спал на диване в гостиной. Мама объясняла, что ей проще высаживать ребенка ночью, если он спит под боком. Интимные отношения супруги не поддерживали больше семи лет. Энурез сына стал использоваться ими как достойный способ без конфликтов и тягостного выяснения отношений избегать половой близости друг с другом и при этом не разрушать семью. Рассматривая все вышеперечисленные параметры семейной системы мы невольно подразумевали некую историю становления семьи.

Иначе говоря, для успешной работы с семьей необходимо знать не только положение сегодняшнего дня, которое описывается предыдущими параметрами, но и то, каким образом семья дошла до этого положения. Семейное прошлое складывается из прошлого опыта жизни членов семьи, из того, что они пережили в своей родительской семье и в прошлых браках или во внебрачных отношениях. Из прошлого человек привносит в свою семью, во-первых, правила и мифы своей родительской семьи в неизменном виде или в негативном отображении; во-вторых, ожидания и потребности, которые сформировались под влиянием прошлого опыта.

Правила и мифы родительской семьи присутствуют в виде привычек и ритуалов, в виде чувства комфорта, которое возникает, когда осуществляется привычный стиль жизни, разумеется, в тех случаях, когда в родительской семье человеку было хорошо и он хочет повторить приятный опыт.

Впрочем, не обязательно даже, чтобы было хорошо, так как многое происходит без осознания. Например, режим сна. Привычка ложиться спать рано или поздно зависит от режима жизни в родительской семье. Если партнер имел другой режим, то могут быть проблемы. В любом случае этот вопрос придется решать, находить компромисс или одному партнеру менять свой привычный режим.

То же самое относится к привычкам питания или привычным способам выяснять отношения: в одной семье кричат во время разногласий, в другой — перестают разговаривать и т. Чем сложнее паттерны поведения, тем труднее договариваться. Например, сексуально привлекательный вид и поведение, знаки любви и внимания, способы выражать вину и сожаление — это сложные и плохо осознаваемые поведенческие последовательности, которые очень трудно поддаются изменениям.

Помимо привычек и моделей человек привносит в брачный союз ожидания и массу нереализованных потребностей. Собственно говоря, удачный брак — это такой брак, в котором могут реализовываться потребности и фантазии. Если существенные потребности не могут реализовываться в браке, то обычно он переживает серьезный кризис или разваливается.

Любовь — самое корыстное чувство. Уже на этапе выбора партнера происходит вычисление вероятности удовлетворения психологических потребностей в отношениях с этим человеком. Ловушка заключается лишь в том, что потребности меняются. Существует естественная смена потребностей, если удовлетворены одни потребности, то им на смену выступают другие. Скажем, если человеку важно быть спасателем и благодетелем, если, именно спасая, он чувствует свою значимость и повышает свою самооценку, то он влюбляется в такого человека, в отношениях с которым можно реализовать эти потребности.

Одна моя клиентка всякий раз влюблялась в несчастных, страдающих мужчин, причем страдавших в детстве: одного оставила мать, у другого мать умерла, когда он был маленьким. Мужчины также видели в ней маму и в начале отношений с удовольствием пользовались ее жалостью. Однако с течением времени они удовлетворяли свою потребность иметь хорошую маму и уже готовы были видеть в ней либо равную партнершу, либо даже дочку; она же все продолжала видеть в них детей.

Рассогласование этих важных психологических потребностей разрушало отношения супругов. Эта ситуация с точностью до мелочей повторялась дважды в жизни моей клиентки. Откуда возникла эта потребность? В данном случае она возникла из-за ее своеобразных отношений с матерью и вообще от внутрисемейного статуса мамы в родительской семье клиентки.

Там мать была эмоциональным центром семьи, она всегда была права, она принимала решения, она была благодетельницей как для домашних, так и для посторонних людей. При этом в семье было известно, что дети должны знать свое место, не мешаться, вот вырастут — поймут. Моя клиентка усвоила, что взрослость начинается с материнства, по крайней мере у женщины. Став матерью, женщина в значительной мере обретает смысл своей жизни, а также множество прав и возможностей.

Отношения с матерью в дальнейшем складывались непросто. К моменту выхода замуж первый раз она была девушкой с острой потребностью самоутвердиться. Как это сделать, было известно. Часто собственная семейная жизнь устраивается для того, чтобы решить нерешенные проблемы семьи своего детства. Партнер для этого находится снайперски.

Понимая свою невысокую ценность на рынке женихов из-за своей низкой самооценки , он выбирает себе в невесты простую девушку, никак не рискуя быть отвергнутым, и женится, получая тем самым путевку в настоящую взрослую жизнь. Золушка выходит за него замуж прежде всего для того, чтобы покинуть семью своей мачехи.

Угадывание возможности реализовать в этих отношениях заветные потребности и вызывает у молодых людей любовь друг к другу. К сожалению, эти потребности пытаются реализовать просто через акт бракосочетания, что никак не гарантирует долговечность союза. Нередко в браке человек старается осуществить то, что требуется для его нормального психического развития, но что, однако, не было осуществлено в родительской семье. В каждой семье необходимый этап — сепарация детей от родителей.

Каждый ребенок должен пройти процесс сепарации для того, чтобы стать взрослым, самостоятельным, ответственным, для того, чтобы быть способным создать собственную семью. Известно, что прохождение стадии сепарации есть одна из самых сложных задач развития семьи. Нередко, не имея возможности найти другой такой же стабилизатор, как дети, семья не позволяет детям или ребенку отделиться.

Однако для нормального психического развития ребенку необходимо пережить процесс сепарации. Если это не удается с мамой и с папой, то должно осуществиться с мужем или женой. В этих случаях брак заключается для развода.

Все мы получаем в детстве некие предписания и рецепты о том, как жить. Это называется воспитанием. Семейную историю удобно и эффективно прослеживать с помощью техники генограммы McGoldrick, Gerson, Эта техника позволяет проследить стереотипы взаимодействия всех ветвей семьи в трех поколениях, вычислить сценарии и подводные камни семейной жизни. Психотерапевт расспрашивает семью о родственниках и строит генеалогическое дерево семьи в трех поколениях.

Затем необходимо выяснить особенности взаимоотношений членов семьи друг с другом, семейные предания, истории, которые передаются из поколение в поколение. Психотерапевт расспрашивает о характерах людей, истории их знакомства, истории рождения детей, переездах и других изменениях в судьбах. Из всего этого складывается история семьи, которую затем психотерапевт интерпретирует семье, показывает связь той проблемы, с которой семья обратилась, с прошлым этой семьи.

Приведу пример. Обратилась семья с трехлетним мальчиком. Он страдал страхами, не любил гулять, боялся темноты, не спал один в комнате. Родители были преподавателями, то есть у них был достаточно свободный режим, поэтому они держали мальчика дома, не отдавали в детские учреждения, сидели с ним сами по очереди. Обратились они по поводу страхов сына. В ходе беседы выяснилось, что супружеские отношения у них сейчас также не в лучшем виде.

Исчезло доверие и взаимопонимание, они все время были недовольны друг другом, вместо разговоров происходило высказывание претензий и упреков. Разумеется, ребенок бывал непременным свидетелем этих ссор. До рождения ребенка супруги прожили вместе тринадцать лет и были довольны своим браком. Обращает на себя внимание то, как много усилий тратит семья, чтобы постоянно находится в родительских ролях. Она, Нина, выросла в неполной семье.

Ее бабушка и дедушка развелись перед войной, когда у них было четверо детей: два мальчика и две последние девочки-двойняшки. Старшие дети умерли от болезни до развода. Затем умирает одна девочка из пары, и бабушка остается с единственной дочерью. Отец погибает на фронте. Дочка выросла и влюбилась в женатого мужчину. От этого романа родилась девочка Нина. Брачного союза не получилось, зато дочка осталась. При анализе ее генограммы Нина сказала, что ей теперь кажется, что мама родила ее для бабушки, чтобы смягчить боль утраты детей.

Возможно, и мама сама хотела воссоздать себе сестру. Так или иначе девочкой и домом занималась бабушка, она была функциональной мамой своей внучке, а мама работала. Кроме того, она выросла в ситуации спутанности и замещения семейных ролей. Она сама замещала дочь бабушке и сестру маме. Она не имела модели супружеской жизни и не умела быть женой, так как не видела, как это делается, в своей семье.

Он, Петя, напротив, вырос в полной, традиционной, патриархальной семье в старинном русском городке. Он — младший ребенок, у него есть еще старшая сестра. Папа зарабатывал деньги, все чинил и таскал тяжести. Мама стирала, убирала и готовила, а кроме того, ворчала на мужа. Семья жила без бабушек и дедушек, Петя был достаточно избалован. Он имел ясные модели материнского и отцовского поведения, хорошо усвоил, что значит быть мужем и что должна делать жена.

Петя вырос и поступил в Москве в университет. Нина к этому моменту уже училась в университете три года, но на другом факультете. Петя скучал по своей семье и чувствовал себя достаточно одиноким в общежитии. Они познакомились случайно, разница в возрасте в четыре года их не смутила, и после непродолжительного романа они поженились.

Тринадцать лет супруги прожили в браке, не заводили детей, а занимались своей карьерой. За это время они защитили кандидатские диссертации, получили московскую прописку и выменяли свою комнату в коммунальной квартире на маленькую двухкомнатную квартиру. Они были довольны друг другом. Какие потребности они удовлетворяли в этом браке? Нина вышла замуж и вместо мужа получила сынка. Она выполнила тем самым свое предписание. Петя в этом браке самоутверждался. В своей родительской семье он был младшим, с одной стороны, любимым, а с другой — он должен был подчиняться всем, кто был старше, в том числе и своей сестре.

Характер у него властный и самолюбивый. По отношению к своим родителям он оставался почтительным сыном, зато был придирчивым и требовательным к жене. Итак, роли в этой семье распределились не случайно, но удачно. Проблемы начались, когда родился долгожданный ребенок. Нина стала мамой своему биологическому сыну и перестала быть мамой своему мужу Пете. Петя при этом стал папой сыну и готов был стать наконец мужем своей жене, но она не была готова к этому, у нее не было модели поведения жены.

Когда они заботились о своем сыне, осуществляли родительские функции, отношения оставались бесконфликтными. Как только супруги оставались наедине, возникало ощущение пустоты и бессмысленности, начинались взаимные претензии и упреки. Наиболее известные и широко используемые эвристики — это циркулярность, нейтральность и гипотетичность Palazzoli et al. Этот принцип гласит: все, что происходит в семье, подчиняется не линейной, а циркулярной логике.

Рассмотрим процесс перехода от рассмотрения случая в линейной логике к рассмотрению случая в циркулярной логике. Обращается мама с жалобой на то, что ее девятилетний сын плохо учится в школе. В линейной логике причина детского нарушения видится в ребенке. Ребенок плохо учится, потому что у него наблюдаются нарушения развития высших психических функций, и он просто не справляется со школьными требованиями в силу нарушений памяти, внимания, мышления и т.

Или ребенок плохо учится, потому что у него школьный невроз. Возможно и то, и другое. Психологическая диагностика позволяет проверить и ту, и другую линейную гипотезу. В очень многих случаях мы видим, что неуспеваемость не связана или целиком не объясняется вышеназванными возможными причинами. Сделаем первый шаг к круговой причинности. Расспросив обратившихся, выясняем, что мама все время делает уроки с ребенком. Следовательно, у ребенка не выработано навыков самостоятельной работы, которые он мог использовать при работе в классе.

Редкая мать этого не понимает, но тем не менее часами делает уроки с ребенком. Зачем ей нужно проводить так много времени за уроками? Затем, что в это время она чувствует себя нужной и необходимой. Зачем маме нужно это чувствовать? Затем, что у мамы и папы не слишком хорошо складываются отношения, мама часто чувствует себя ненужной мужу, у нее возникает эмоциональный вакуум, она восполняет его в общении с сыном. Если у сына будет все в порядке, интенсивность скандалов между мамой и папой увеличится просто в силу того, что у мамы будет больше времени задуматься о проблемах своей семьи.

Скандалы — угроза стабильности семьи. Их не хочет никто. Итак, круг замкнулся. Чем хуже мальчик учится в школе, тем больше времени мама и сын проводят вместе за уроками, тем меньше мама и папа выясняют отношения, тем стабильнее семья. Понятно, что эту круговую зависимость видит вначале терапии только психолог. Постепенно с помощью специально разработанного метода циркулярного интервью эту зависимость начинают видеть все.

Как только это произошло, в семье становятся возможными перемены, семья становится доступной для психотерапевтического воздействия. Если психолог остается в линейной логике, то либо он может наладить учебу ребенка в школе на короткое время, либо у ребенка возникнет другое нарушение поведения, которое будет стабилизатором семейной системы вместо неуспеваемости.

В худшем случае успех ребенка приведет к распаду семьи. Эти процессы многократно и подробно были описаны такими авторами, как Джей Хейли и Клу Маданес Haley, , Madaness, По моему опыту многолетнего преподавания системной семейной терапии, самое сложное — научить пользоваться циркулярной логикой, видеть круговую причинность событий, отмечать круговые взаимодействия членов семьи между собой. Как только в голове психотерапевта возникает циркулярная логика, выбор способа воздействия на семейную систему становится простой технической задачей.

Принцип нейтральности утверждает: эффективная психотерапия требует сохранения психотерапевтом нейтральной позиции. Он равно сочувствует всем членам семьи, не присоединяется внутренне ни к кому и обеспечивает всем членам семьи равные возможности говорить и быть услышанным и понятым.

Этот принцип соблюдать непросто. Наиболее частый вариант его нарушения — попадание женщин-психотерапевтов в позицию суперматери. В дисфункциональной семье страдают все, но страдание детей видится ярко, особенно в нашей центрированной на детях культуре. Кажется, что нерадивые родители несправедливо обижают детей. Это сообщение очень легко прочитывается, и мать, естественно, защищается и сопротивляется. Это сопротивление, спровоцированное поведением терапевта, часто сводит все его усилия на нет.

Семья прерывает терапию. Основная цель общения терапевта с семьей — проверка гипотезы о цели и смысле семейной дисфункции. Как уже было отмечено выше, основные вопросы, которые задает себе семейный психотерапевт: зачем в семье происходит то, что происходит? Первичная гипотеза терапевта и определяет его стратегию беседы с семьей. В тех случаях, когда у терапевта не сформулирована первичная гипотеза, его беседа с семьей хаотична; нередко инициативу в ведении беседы берет на себя самый мотивированный член семьи.

Не следует забывать, что вести беседу со всей семьей одновременно непросто. Беседа в индивидуальной терапии диалог не аналогична беседе со всей семьей полилогу. Также не является моделью работа с группой, поскольку при работе с семьей мы не можем опираться на обычную групповую динамику. Единственная возможность построить эффективное общение со столь разновозрастной формальной группой, которой является семья, — это опора на некую метацель, обеспечиваемую первичной гипотезой.

Системная семейная психотерапия осуществляется сразу со всей семьей. На прием приглашаются все члены семьи, проживающие вместе, независимо от возраста: и старики, и грудные дети. Это особенно важно в начале работы, так как дает возможность непосредственно увидеть невербальные аспекты взаимоотношений людей, семейные коалиции, стереотипы общения, семейные правила. На прием пришла семья: бабушка по материнской линии , мама, папа и ребенок трех месяцев.

Жалобы были на частые конфликты молодых супругов. В кабинете семья расположилась следующим образом: бабушка и мама рядом, бабушка держит на руках младенца, папа сидит на некотором расстоянии от этой группы. Понятно, что гипотеза о возможных нарушениях функционирования этой семейной системы рождается очень быстро: бабушка — функциональная мать младенца. Его биологическая мама — функциональная сестра, сепарация между мамой и дочкой не произошла, в семье идет борьба за власть и влияние между мужем и бабушкой.

Структурно семья поделена так: коалиция бабушка—мама—ребенок и иногда коалиция мама—папа. Мама находится между двух огней, она поставлена в ситуацию выбора между мужем и своей матерью. Очень важно дать семье возможность выбрать расположение в пространстве. Поэтому в кабинете семейного психотерапевта всегда должно быть больше стульев и кресел, чем членов семьи.

Взаимное расположение — быстрый и надежный способ диагностики семейной структуры Минухин, Фишман, Предварительная договоренность о приходе семьи должна производится самим психотерапевтом или членом его команды. Содержание предварительной беседы позволяет сформулировать системную гипотезу еще до начала непосредственной работы с семьей.

Вопросы, которые необходимо задать во время телефонного разговора: 1 на что жалуется звонящий коротко, только основное — супружеская проблема или детско-родительская? Анализ ответов на эти вопросы позволяет составить предварительную системную гипотезу. При очной встрече с семьей психотерапевт проверяет правильность этой предварительной гипотезы. Методологические принципы системной семейной психотерапии отрицают простое, непосредственное общение психотерапевта с семьей.

Одна из целей психотерапевтического общения — проверка системной гипотезы. Надо сказать, что все методологические принципы этого подхода призваны обеспечивать защиту психотерапевта от воздействия на него семейной системы клиентов. Понятно, что на прием попадают только открытые семейные системы. Следовательно, семейная система клиентов стремится поглотить терапевта. Событийно это проявляется в том, что семья стремится распространить свои правила на общение с терапевтом, сформировать с ним коалиции, получить признание своего мифа и т.

То есть происходит процесс, который называется семейным переносом. Если терапевт попадает под это влияние, а сознательно не попасть под него начинающему семейному терапевту практически невозможно, поскольку обычно люди не осознают системных влияний, то он начинает свободно проецировать на семью свои проблемы, свой опыт семейной жизни и немедленно теряет эффективность. Методологические принципы системного подхода обеспечивают защиту терапевта от влияния семейной системы.

С семьей может работать один психотерапевт, но может работать и психотерапевтическая команда, то есть человек, который непосредственно беседует с семьей и два или три супервизора, которые наблюдают за процессом, находясь за зеркалом Гезелла. В классической миланской модели с семьей работает команда, супервизоры могут в любой момент вмешаться в беседу с семьей, дать указания интервьюеру, что ему спросить, у кого, как ему самому расположиться в пространстве в зависимости от особенностей складывающегося контакта с разными членами семьи.

Проблемы командной работы — наиболее популярная тема всех последних международных конференций по вопросам семейной психотерапии. Циркулярное интервью. Это основная и широко используемая техника см. Tomm, ; Hennig, Психотерапевт задает по очереди членам семьи особым образом сформулированные вопросы или один и тот же вопрос. Обычно обучение этому требует не менее ста часов практики под наблюдением супервизора. Обратилась мама с жалобой на то, что ее одиннадцатилетний сын после школы не идет домой, а где-то проводит время, в основном на Арбате, иногда даже не приходит ночевать.

Семья состоит из трех человек — мамы, папы и сына. Психолог вопрос маме : Ваш сын вернулся поздно, вы сердитесь и плачете. Что в это время делает Ваш муж? Психолог сыну : Раньше, пока ты еще не начал пропадать из дому, в каких случаях твои родители сидели на кухне вдвоем, пили чай, разговаривали? Последний вопрос задается и маме и папе. Из ответов становится ясно, что такие беседы на кухне бывали крайне редко.

Супруги часто ссорились. Этот простой пример показывает, как с помощью круговых вопросов становится понятной функция нарушения детского поведения. Уходы сына сплачивают родителей и стабилизируют систему. Дети часто приносят себя в жертву стабильности семьи. Обратите внимание, что вышеприведенные круговые вопросы не выходили за рамки поведенческих реакций. Психолог не спрашивал ни про мысли, ни про чувства. Если в круговые вопросы вовлекается еще и этот пласт психической реальности, они становятся еще более сложными.

Обратились молодые супруги с жалобами на частые ссоры. Ссоры возникали по разным поводам, но наиболее часто из-за того, что жена надолго задерживается на работе, поздно приходит домой. Жена: Обиду. Незаслуженно, несправедливо. Потом еще мне не нравится оправдываться, я ничего плохого не делаю. Да, обиду и какую-то безнадежность. Как видно, круг замкнулся. Каждый из супругов своим поведением положительно подкрепляет то поведение своего партнера, которое ему не нравится.

Начинающему системному семейному психотерапевту полезно будет выучить наизусть список тем, которые необходимо затронуть в беседе с семьей с помощью круговых вопросов:. Задаются вопросы о том, кто их направил на консультацию, к кому они обращались прежде.

Например, ребенок не справляется со школьными требованиями. Необходимо прояснить круги взаимодействия на уровне поведения, на уровне мыслей и чувств. Например, обязательно будет скандал всех со всеми, если ребенок получает двойку. Разумеется, весь этот круг тем невозможно затронуть за один сеанс.

Обычно его можно пройти за две-три встречи. После этого системная гипотеза становится достоверной. Конкретная формулировка вопросов в круговой форме определяется индивидуальным мастерством и творческим потенциалом психотерапевта, его способностью строить контакт с семьей.

Техника позитивной коннотации положительное переформулирование. Это техника подачи обратной связи семье после того, как психотерапевт утвердился в своей круговой гипотезе на текущий момент работы с семейной проблемой. Психотерапевт или команда рассказывает семье о том, как он воспринял и понял содержание семейной дисфункции. Рассказ строится по определенным правилам Palazzoli et al.

Рекомендуется снять тревогу семьи по поводу происходящего. Для этого подходит прием нормализации: содержание семейной дисфункции рассматривается в более широком социокультурном, возрастном, статистическом аспекте. В случае дисфункции, связанной с определенной стадией жизненного цикла семьи, полезно сообщить клиентам о закономерности происходящего и повсеместной распространенности.

Если дисфункция связана с миграциями, хорошо сослаться на явления культурного шока. Нормализация в системном подходе выполняет ту же функцию, что и сообщение диагноза в медицине, она дает людям определенность и надежду, связанную с тем, что профессионалы уже имели дело с подобными проблемами и знают, как к ним подступиться. Фокусировка на положительной стороне дисфункции. Любая дисфункция, существующая в семье, имеет положительную сторону.

Выше описывались механизмы стабилизации семейной системы с помощью нарушения детского поведения. Положительно переформулировать можно не только текущий симптом, но и любые прошлые события. Подросток воспитывается в семье своей тети, потому что его мама-наркоманка отдала его в раннем возрасте своей сестре. Он обижен на мать, считает, что она отказалась от него. Она сама отдала тебя в хорошие руки, не отрывала тебя от семьи. Она сделала для тебя самое лучшее, что могла.

Включение в текст обратной связи противоречия, парадокса. Это необходимо для того, чтобы парадокс психотерапевта мог нейтрализовать парадокс реальной семейной ситуации. Ранее приводились типичные парадоксы, которые легко вскрывает циркулярная логика: мама хочет, чтобы ребенок хорошо учился, и делает все, чтобы лишить его навыков самостоятельной работы.

Супруги хотят улучшить свой брак и делают все, чтобы не попадать в супружеские роли, оставаться лишь родителями, не сближаться. Обратимся к случаю, где ребенок плохо учится, мама все свободное время тратит на приготовление уроков с ним, папа редко бывает дома. Мама и папа часто ссорятся. Чтобы не ссориться лишний раз, они стараются не общаться, папа практически лишил себя возможности иметь свой дом.

Преданный сын не позволяет себе хорошо учиться, при том что у него есть все данные для нормальной учебы, чтобы мама была постоянно занята его проблемами и не имела свободного времени задуматься о своих отношениях с папой. Мама не имеет никакого личного времени, все силы тратит на сына, почти уже превратилась в домашнюю учительницу, забыла, как быть просто мамой и женой, чтобы сохранять мир в доме.

Любой симптом в семейной системе можно положительно переформулировать, потому что он обеспечивает гомеостаз системы и в этом смысле имеет положительное значение для семьи. Последняя описываемая здесь техника — это предписание определенного поведения членам семьи. Психотерапевт просит членов семьи выполнять определенные задания, в основном это конкретные действия. Предписания могут быть прямыми и парадоксальными Madanes, , ; Palazzoli et al. Нередко парадоксальные предписания практически невозможно выполнить.

В этих случаях цель предписания — дать возможность семье подумать и обсудить с психотерапевтом на приеме, почему данное предписание невыполнимо для этой семьи. Семье, в которой спутаны семейные роли и нарушены границы подсистем, рекомендуется жить неделю так: никто не имеет своего спального места; каждый вечер дети ложатся, где хотят, а родители — где найдут себе место.

Это предписание доводит до абсурда хаотические, неструктурированные привычки этой семьи и вызывает протест у членов семьи. На следующей встрече обсуждаются чувства людей и предлагаются более конструктивные варианты устройства жизни, распределения ответственности и т. Прямые предписания, как правило, не вызывают протеста, они на первый взгляд просты для исполнения. Например, семье, в которой не произошло распределения ролей и функций, в которой основная тема — борьба за власть и контроль, эффективно предложить предписание действий по времени: в понедельник, среду и пятницу все решает муж, жена и дети подчиняются, во вторник, четверг и субботу все решает жена, в воскресенье предлагается спорить и ругаться как обычно.

Опыт применения нового ритуала и обсуждение этого опыта обеспечивают терапевтический эффект. Очное проведение циркулярного интервью. Проверка первичной гипотезы. Выдвижение следующей гипотезы, если первичная гипотеза не подтвердилась. Если с семьей работает терапевтическая команда, обсуждаются результаты интервью с командой и разрабатываются стратегии и тактики воздействия. Если терапевт работает один, то он сразу переходит к следующему этапу. Стратегию и тактику воздействия психотерапевт разрабатывает сам и сразу.

Психотерапевт дает семье обратную связь относительно того, как он понял семейную проблему. Техника позитивной коннотации. Предложение курса семейной психотерапии. Обсуждение с семьей частоты и длительности их будущих визитов. Обсуждение оплаты терапии. Фактически это и есть заключение психотерапевтического контракта, в результате которого и клиенты, и психотерапевт психотерапевтическая команда имеют ясное представление о цели психотерапии, о том, как распределяется ответственность, каким может быть результат терапии.

Обратился папа с жалобой на то, что его двенадцатилетняя дочь ведет себя, как мальчик, и хочет быть мальчиком, просит называть ее мужским именем дома и в школе. В ходе первичного приема стало ясно, что стремление девочки стать мальчиком — лишь одно из многих нарушений ее поведения. У девочки были нарушены навыки опрятности, она плохо находила контакт с родителями, учителями, детьми.

В раннем детстве не отмечалось обхватывания, ее всегда было неудобно держать на руках — она не прижималась, казалась отстраненной. Вся семья имела признаки нарушенного внутрисемейного общения: практически не было никакого семейного времяпрепровождения, каждый существовал сам по себе, не вместе, а рядом. Семейные коммуникации пронизаны двойными ловушками.

Palazzoli et al. Мне кажется, что это один маленький фрагмент общей картины особенностей вашего семейного общения. Я могла бы вместе с вами поработать над стилем вашего семейного взаимодействия. Если бы все теплые чувства, которые есть у вас друг к другу, все напряжения и обиды легко и безопасно выражались, вам всем было бы легче понимать друг друга. Когда улучшится ваш контакт, Катя, возможно, увидит преимущества женской роли.

Ей легче будет находить общий язык в школе. На этом фоне эффективнее будет работа с конкретными Катиными сложностями, если они останутся. Когда родители и Катя согласились пойти по предложенному пути, с ними обсудили частоту визитов, время и день прихода, размер оплаты.

Это последний этап первичного приема, когда семье предлагается прямое или парадоксальное предписание поведенческого ритуала, который они должны выполнять в течение времени до следующего психотерапевтического сеанса. На последующих встречах с помощью вышеописанных техник работы с семьей обсуждаются события, прошедшие между встречами, особенности выполнения предписаний, прошлые обстоятельства, детские воспоминания взрослых членов семьи, правила, мифы, семейная история, стереотипы общения и многое другое.

Это один из самых сложных вопросов любого психотерапевтического подхода, не только системной семейной психотерапии. В общем виде ответ такой: семейная система должна стать функциональной. Это означает, что семья становится способной решать жизненные проблемы. Например, семья, состоящая из трех поколений одиноких женщин-алкоголиков, стала функциональной, когда женщины бросили пить, стали регулярно посещать занятия группы анонимных алкоголиков, младшая — студентка — восстановилась в вузе, старшие женщины стали работать.

Исчезновение симптома, возникновение внутреннего ощущения удовлетворения, радости жизни не являются необходимыми признаками терапевтического эффекта в этом подходе. Необходимый и достаточный признак — внешние поведенческие изменения. Семья, жаловавшаяся на депрессию отца, стала функциональной после того, как отец, несмотря на свое состояние, вернулся к работе, жена, которая последнее время занималась только мужем, стала уделять время и дочери.

Жалобы на депрессию при этом остались, но депрессия перестала использоваться системой. Депрессия стала личным делом отца, а не знаком общей беды, динамика его состояния перестала впрямую определяться семейными обстоятельствами, поведением жены и дочери. На этом фоне медикаментозное лечение дало быстрый эффект, и в течение двух лет депрессия не возвращалась, хотя раньше, несмотря на массивное лечение, семья узнавала о том, что наступила осень или весна, по состоянию отца.

Системная семейная психотерапия. Год издания и номер журнала:. Комментарий: Глава из книги "Современная психотерапия" История развития системной семейной психотерапии показывает, что эта область практики развивалась не так, как большинство психотерапевтических школ и подходов. Законы функционирования семейных систем Жизнь семейной системы подчиняется двум законам: закону гомеостаза и закону развития.

Рассмотрим жизненный цикл российской семьи. Свойства семейной системы Семейная система может быть описана по нескольким параметрам. Приведу в качестве примера один случай. Пример: Мама обратилась по поводу своего десятилетнего сына. Методологические принципы системной семейной психотерапии Наиболее известные и широко используемые эвристики — это циркулярность, нейтральность и гипотетичность Palazzoli et al.

Практика психологической помощи семье Дизайн приема. Организация работы семейного психотерапевта Системная семейная психотерапия осуществляется сразу со всей семьей. Техники работы с семьей Циркулярное интервью. Я опускаю начало беседы и привожу пример собственно круговых вопросов. Психолог вопрос сыну : Кто обычно тебя встречает дома, когда ты все-таки возвращаешься?

Сын: Обычно мама. Психолог: Как мама тебя встречает, что она делает? Сын: Она сердится, кричит на меня, иногда плачет. Мама: Он меня успокаивает и ругает сына. Психолог вопрос папе : Что делает сын, когда Вы его ругаете? Папа: Он хлопает дверью своей комнаты, уходит, обижается. Психолог вопрос сыну : Когда ты сидишь в своей комнате, что делают твои родители?

Сын: Сидят на кухне, разговаривают, чай пьют. Папа утешает маму. Сын: Да чего-то я не знаю Папа мало дома бывает. Не помню. Психолог мужу : Как вы себе объясняете, почему ваша жена задерживается на работе? Муж: Она просто не хочет идти домой, не хочет меня видеть. Психолог мужу : Когда эта мысль приходит вам в голову, что вы чувствуете? Муж: Ну, неприятно Психолог: Вам одиноко, обидно, вы сердитесь?

Муж: Вот, вот. Психолог: Когда вы рассержены и обижены, как вы обычно себя ведете? Муж: Я ничего не делаю, не скандалю, я просто молчу и все. Жена: Вот, вот, неделями. Психолог жене : Когда ваш муж не разговаривает с вами, как вы себе это объясняете? Жена: Что он не хочет со мной общаться. Психолог: Что вы чувствуете тогда? Психолог: Когда вы все это чувствуете, что вы делаете? Жена: На работе сижу. Чего дома-то делать? Какие были способы решений? Как можно усугубить проблему? Схема проведения первичного приема 1.

Беседа по телефону и построение первичной круговой гипотезы. Пример психотерапевтического контракта. Когда и как заканчивать работу с семьей Это один из самых сложных вопросов любого психотерапевтического подхода, не только системной семейной психотерапии. Минухин С. Пэпп П. Хейли Дж. Черников А. Шерман Р. Фредман Н. Bateson G. Buss, E. Buss Eds. Theories of Schizophrenia. Carter E. Erickson G. An introduction to Theory and Technique.

Haley J. Hennig K. Horne A. Peacock Publishers. Madanes C. McGoldrick M. Palazzoli S. Spiegel J. Apieti ed. American Handbook of Psychiatry. Tomm K. Gurman ed. Questions and Answers in the practice of Family Therapy. Комментарий: Глава из книги "Современная психотерапия".

Гештальт-терапия: осознанность здесь и сейчас. Разбираемся, чем гештальт-подход отличается от других течений психотерапии. Выясняем, в каких ситуациях он эффективен. Что такое гештальт. Гештальт психология и гештальт-терапия. Продолжительность курса. Концепции и понятия. Позиция терапевта в процессе. Когда поможет гештальт-терапия. Случаи из практики. Что почитать. Что такое гештальт? Продолжительность и особенности курса. Когда поможет гештальт-терапия? Слово Gestalt переводится с немецкого как «цельный образ».

В ходе курса терапевт и клиент работают над тем, чтобы соединить в одно целое различные аспекты личности последнего. Человек шаг за шагом осознает собственные потребности, мысли, эмоции, особенности характера, которые по разным причинам не брались им в расчет, игнорировались или подавлялись как вредные. Когда клиент обращается к гештальт-терапевту с проблемой, тот рассуждает следующим образом: у человека есть некий гештальт, ситуация, которая стремится к завершению, целостности.

Терапия помогает достичь этой целостности. Согласно теоретическим идеям основателей системы, гештальты разного уровня, стремящиеся к обретению целостности, пронизывают всю ткань бытия человека: ими являются как повседневные дела и проблемы, так и глобальные задачи, жизненные цели личности. Макс Вертхаймер. Фото: Wikipedia. Вольфганг Келер. Курт Коффка. Гештальт-терапия возникла на базе гештальт психологии — академической дисциплины, родившейся на рубеже XIX и XX столетий.

Они занимались изучением психологии восприятия, особенностями того, как наше сознание распознает те или иные вещи. К примеру, изображение вазы Рубина говорит нам о соотношении фигуры и фона: в один момент времени мы можем видеть либо два лица, либо вазу. Человеческое восприятие всегда делит картину на фон и объект, привлекающий наше внимание. Объект мы выбираем в зависимости от наших насущных потребностей.

Источник: Wikipedia. Вертхаймер, Келер и Коффка также выявили, что образ Gestalt стремится быть законченным. Если мы берем фигуру квадрата, и он нарисован не цельными линиями, а штрихами, мы все равно будем видеть квадрат, а не штрихи. Eсли круг по большей части прорисован, но небольшая часть окружности пропущена, то разум человека все равно будет стремиться видеть в нем целостную фигуру.

Основатель гештальт-терапии Фредерик Фриц Перлз из-за ряда разногласий с системой классического психоанализа решил отделиться от аналитиков и создать новую форму терапии. За основу он взял принципы гештальт психологии. Таким образом, гештальт-терапия — это практическое направление, которое вдохновлено идеями психологии восприятия. В середине х немецкий психиатр и психотерапевт Фредерик Перлз начал пересматривать классическую психоаналитическую систему, в рамках которой он работал более 15 лет.

Перлз давно был знаком с наработками гештальт-психологии благодаря своей жене Лоре, психологу-гештальтисту. Вместе с ней и Полом Гудмэном они создают базу нового течения. В году выходит книга «Гештальт-терапия: возбуждение и рост человеческой личности», написанная Перлзом в соавторстве с Гудмэном и Ральфом Хефферлином. К концу х гештальт-терапия получает повсеместное распространение в США, в Европу течение приходит в начале х годов. Историческая справка.

Выделяют два глобальных течения гештальт-терапии: американскую и европейскую французскую школы. Европейская школа больше внимания обращает на работу с телом, ощущениями, действием. Американская работает в диалоговом направлении, через словесное выражение. Гештальт-подход — дисциплина совместного исследования, которое клиент и терапевт проводят в партнерстве.

Семейные сессии могут проходить в течение нескольких месяцев. Также небольшие текущие запросы могут быть отработаны в рамках 10 сессий если за ними не стоят более глубинные проблемы. В рамках гештальт-терапии очень популярны групповые курсы. Групповая терапия особенно полезна тем, кто испытывает проблемы во взаимодействии с другими людьми, в отношениях и близости.

Человек проверяет свои представления, проекции, учится выстраивать коммуникацию по-новому. Это происходит в присутствии терапевта, который обеспечивает конструктивный контакт. Терапия в группе может быть краткосрочной от 2-х недель и долгосрочной около года.

Теплое, человечное. Оно про общение, выражение эмоций, про принятие своих мыслей. В ходе сессий психолог дает обратную связь, говорит, какие чувства в нем вызывают те или иные действия, слова клиента. С терапевтом человек воспроизводит все те же самые паттерны, которые он демонстрирует в общении с другими людьми. Через контакт в рамках сессий он может их осознать». Ксения Кун, гештальт-терапевт:. Вы получаете большую интенсивность проработки, много откликов от разных людей.

При этом терапевт контролирует процесс и делает ситуацию безопасной для участников группы. Что касается индивидуальных сессий, это тоже необходимость. Не всегда на все ваши проблемы хватит времени и внимания. Индивидуальная консультация — это полностью ваши 50 минут, они будут посвящены именно вашим проблемам.

Идеальный вариант — когда человек ходит на группу и параллельно занимается индивидуально. Если в группе не хватает внимания к его вопросу, он идет к личному терапевту и прорабатывает ситуацию с ним». Андрей Артемьев, клинический психолог, гештальт-терапевт:. Эксперименты и феномены. Гештальт-терапевт работает с клиентом над выявлением скрытых, неосознанных чувств и эмоций. Для этого он предлагает различные упражнения, которые в терапии называются экспериментами.

Выявляемые в ходе упражнений реакции, физические и психические, называют феноменами. К примеру, в качестве эксперимента используется практика монодрамы, или техника «пустого стула». На индивидуальной сессии клиенту предлагается проговорить волнующую его ситуацию с определенным человеком из собственного окружения, которого он представляет сидящим на пустом стуле.

В группе роль собеседника может сыграть один из присутствующих. Беседу модерирует терапевт. В ходе разговора клиент концентрируется на своих ощущениях, эмоциях, телесных проявлениях и других феноменах. Именно реакции, которые он испытывает в настоящий момент, во время сессии, воспринимаются и анализируются терапевтом.

В этом проявляется важный для гештальта принцип « здесь и сейчас », согласно которому работа должна вестись только с чувствами в настоящем, даже если они относятся к прошлым событиям. Осознавание, актуальность, ответственность. Обращая внимание на феномены в моменте здесь и сейчас, клиент работает над развитием осознавания — одного из главных навыков в рамках гештальт-системы.

Идея направленного осознавания вдохновлена дзен-буддизмом, которым увлекался Фриц Перлз. Осознавание — своего рода расслабленное внимание, которое позволяет выявлять из всего спектра чувственной информации ее отдельные составные части. К примеру, если человек боится публичных выступлений и приходит к гештальт-терапевту с таким страхом, в ситуации эксперимента он может осознать, как реагирует его тело в момент страха, в какую цепочку выстраиваются его мысли, какие чувства он испытывает в каждый момент этой ситуации.

В обычной же жизни эти ощущения ускользают от его внимания, и чувствуется только страх. Эта сумма осознавания дает новую глубину проживания опыта и позволяет выявить причины тех или иных реакций. Еще одно важное понятие — актуальность. В рамках концепции «здесь и сейчас» гештальт работает только с проблемами и ситуациями, которые имеют значение в данный момент в отличие, в частности, от классического психоанализа, который пристально изучает детство клиента.

Даже если человек приходит на терапию с запросом на долгосрочную перспективу например, желанием построить семейные отношения , гештальт-терапевт будет работать с этим запросом через текущие состояния на каждой отдельной сессии. Также в гештальте очень важно, чтобы клиент брал на себя ответственность за то, что с ним происходит.

Если что-то не получается — значит, в том числе и сам человек делает определенный вклад в свой неуспех. Если клиент обижается на кого-то и при этом остается с ним в отношениях, значит, он выбирает оставаться в ситуации, которая ему некомфортна.

АВИТО СПБ РАБОТА ДЛЯ ДЕВУШЕК

Еще один жесточайший эксперимент — известная история Брюса Реймера, родившегося в канадском Виннипеге 22 августа г. Во время процедуры обрезания из-за ошибки хирурга пенис мальчика был выжжен до основания. Американский психолог Джон Мани, к которому обратились за советом родители ребенка, посоветовал им «простой» выход из сложной ситуации: сменить пол ребенка и воспитать его как девочку, пока он не вырос и не начал испытывать комплексы из-за мужской несостоятельности.

Однако эксперимент провалился. Родители, скрывавшие от ребенка правду, испытывали сильнейший эмоциональный стресс. У матери наблюдались суицидальные наклонности, отец стал алкоголиком, а брат-близнец постоянно пребывал в депрессии. В итоге родители рассказали ему правду, и Брюс начал борьбу за возвращение к нормальному существованию в качестве мужчины.

В г. Брюс женился на женщине и усыновил троих ее детей. Однако в мае г. В психологии известен ряд жестоких экспериментов, научная отдача от которых несравнима с вредом, нанесенным людям или животным. Вспомним следующие эксперименты:. Кстати, движение в защиту прав животных началось именно после опубликования результатов этого эксперимента. Их лечили электрошоком, использовали химическую кастрацию, подвергали операциям по изменению пола и пр. Различным запрещенным экспериментам над человеческой природой подверглись около военнослужащих;.

Результаты эксперимента показали, что необходимость повиновения авторитетам укоренена в нашем сознании настолько глубоко, что испытуемые продолжали выполнять указания, несмотря на страдания и сильный внутренний конфликт. Главный вывод, который можно сделать из результатов этого и многих других экспериментов — «нам не дано предугадать, как слово наше отзовется».

Очевидно, что каждый человек устроен очень сложно, и о его психике можно узнать, лишь наблюдая за ее проявлениями, например, в виде определенных поведенческих реакций слов, мимики, поступков, действий, изменений в отношениях с другими и др. Учитывая, что человек — это единая неделимая система, являющаяся частью других, более крупных систем семьи, социальных групп, государства , мы не можем «вычленить» в эксперименте только один «элемент» — процесс, свойство, состояние, чувство, реакцию.

В эксперименте человек всегда участвует весь, целиком. При этом на него оказывает воздействие и экспериментатор как часть внешней среды, и сама внешняя среда. Наличие такого взаимодействия и влияния ведет, с одной стороны, к редукции, упрощению того многогранного опыта, который испытуемый получает в результате выполнения инструкции, с другой — к множественности и неоднозначности полученных результатов мультифинальность.

Если в экспериментальной психологии эксперимент считается самостоятельным методом, то в психологическом консультировании и психотерапии под психологическим экспериментом понимается специально организованная ситуация, направленная на переживание и осознавание клиентом собственного опыта. Одним из ярких отличий гештальт-подхода от других направлений является использование в терапевтической работе специально организованных экспериментов, базирующихся на идее перехода от «разговоров о…» к действиям.

Действительно, привычный вариант терапии заключается в том, что клиент рассказывает о своей жизни, своих затруднениях, а терапевт пытается помочь ему что-то осознать или переосмыслить. В отличие от чисто разговорного жанра, в гештальт-экспериментах появляется возможность не просто обсудить свой опыт, но и попробовать что-то сделать.

Как пишут Ирвин и Мириам Польстеры: «В ситуации эксперимента человек может мобилизовать себя перед лицом актуальных требований жизни, отыгрывая свои невыношенные чувства и действия в относительной безопасности. Безопасность достигается тем, что рискованные действия пациента получают поддержку от терапевта или группы, которые то поощряют его, то побуждают к риску, в зависимости от того, что уместно в конкретный момент» Польстер, Польстер, Гештальт-эксперименты — своеобразная «визитная карточка» гештальт-подхода, подчеркивающая его самобытность.

Однако, как мы уже неоднократно писали ранее, в последнее время наблюдается снижение интереса к гештальт-экспериментам у самих гештальт-терапевтов. И для этого существует несколько причин. Во-первых, на наш взгляд, гештальт-эксперименты сейчас «не в тренде». На это же указывает Елена Петрова, которая в качестве одного из объяснений негативного отношения к эксперименту выдвигает «моду на диалоговый подход», разрабатываемый в GATLA.

Во-вторых, методологическое «сращивание» гештальт-терапии с другими направлениями психоанализом, экзистенциализмом, системной семейной терапией, телесно-ориентированными подходами и др. В-третьих, зачастую «некачественное исполнение» экспериментов, которое участники групп наблюдают в процессе обучения, также ведет к отказу или избеганию проведения гештальт-экспериментов.

Именно поэтому даже на сертификационных сессиях редко можно увидеть красивый и живой эксперимент, иллюстрирующий те процессы, на обсуждение которых могли бы уйти месяцы и годы. В-четвертых, отсутствие ясных психотехнологий планирования, проведения и обсуждения гештальт-экспериментов.

Ведь не будешь же всерьез принимать слова «побудь с этим» после сложного и зачастую противоречивого опыта, который клиент получил в ходе экспериментирования. В-пятых, сам гештальт сегодня неоднороден. Свидетельство тому — многочисленные тексты по гештальт-терапии: от занудно-неудобоваримых эбаутистских до ясных и по-хорошему творческих. Можно отметить, что сейчас продолжают развиваться такие «ветви» гештальта, как гештальт-аналитический подход Даниил Хломов , диалоговый подход Роберт Резник, Игорь Погодин , экспериментальный подход Гонзаг Маскелье, Бриджит Мартель, Артур Домбровский , системно-аналитический подход Наталья Олифирович, Геннадий Малейчук Олифирович, и др.

Как раз в рамках развиваемого нами «ответвления» особое внимание уделяется групповым и индивидуальным гештальт-экспериментам. Очевидно, что гештальт-эксперименты, заслуженно заработавшие себе доброе имя, нуждаются в «реабилитации». Однако для этого нужна специально организованная работа по их «ребрендингу», классификации, описанию и др. Очевидно, что это сложный и неоднодневный труд. Данный текст посвящен только одному виду экспериментов — групповым гештальт-экспериментам.

Прежде чем приступить к подробному описанию, подчеркнем основное отличие групповых экспериментов от индивидуальной работы. В отличие от экспериментирования непосредственно во время терапевтического сеанса, когда клиент работает с глазу на глаз с терапевтом, в групповых формах работы пара «гештальт-терапевт — клиент» находится в определенном поле. Члены группы — и «свидетели терапии», и ее участники. Поэтому в групповой работе, с одной стороны, есть некоторые плюсы, заключающиеся в присутствии «коллективного разума», и некоторые минусы, так как реакции участников непредсказуемы.

Поэтому обсудим важные методологические принципы, на которых основываются групповые гештальт-эксперименты. Обычные вопросы терапии — «с кем? Начну с того, что участников группы я определяю не как «статистов», послушных воле руководителя группы и выполняющих указания и директивы, а как полноправных ко-терапевтов.

Вместе с групповым терапевтом они образуют единое терапевтическое поле и все вместе «работают на клиента». Если в традиционной гештальт-терапевтической модели ведущий определяет направление гештальт-эксперимента, а участникам зачастую отводится лишь роль зрителей с правом последующей выдачи обратной связи, то использование группы как единого терапевтического пространства позволяет учесть и проявить многие нюансы отношений клиента к себе и Другим, недоступных непосредственному восприятию в рамках диадических отношений «терапевт — клиент».

В групповых гештальт-экспериментах мы имеем дело с единым пространственно-временным континуумом, где «здесь-и-теперь» сливаются с «там-и-тогда». Нет ни пространства, ни времени в их традиционном понимании — возможны любые коллапсы, любые встречи, любые изменения, которые, как мы помним, происходят только в текущий момент.

Во время такого эксперимента может состояться неожиданная встреча клиента и других участников группы с эмоциональными состояниями и переживаниями, с воспоминаниями и людьми, с живыми и ушедшими. Техника, или, используя терминологию Ф. Василюка, психотехнология в групповых экспериментах может варьироваться от традиционной монодрамы с использованием участников группы как «вспомогательных Других» до включенной в сам процесс терапии санкционированной обратной связи. Приведу пример.

Участница группы, Анна, рассказывает, что в ее семье все по материнской линии были «женщинами с несчастной судьбой». Эта тема уже неоднократно поднималась на ее личной терапии, Анна прорабатывала семейную историю, строила генограмму, но ее жизнь остается прежней — она одинока, у нее нет отношений с мужчиной. Среди перечисленных «женщин с несчастной судьбой» — она сама, ее мать, бабушка и прабабушка. После фазы ориентировки Анне был предложен следующий эксперимент — выбрать в группе тех, кто некоторое время побудет ею самой, мамой, бабушкой и прабабушкой, а затем выстроить из них скульптурную композицию и дать ей название.

Анна выстроила всех женщин в ряд, от «себя» до «прабабушки», и повернула каждой голову так, чтобы видеть тех, кто стоит сзади. Композиция называлась «Несчастливые судьбы». Далее мы с Анной обошли композицию вокруг, и я спросила, что она чувствует по отношению ко всем женщинам. Анна затруднилась, но потом тихо ответила: «Жалость и раздражение». Это был трудный момент. Я предложила «членам семьи» поделиться своими ощущениями.

Все говорили о сходных переживаниях. Мужчина некоторое время ходил вокруг скульптурной композиции, но в итоге сказал, что ему не удается поймать взгляд «Анны», он не чувствует, что он нужен, интересен или что его хотя бы просто заметили, и поэтому предпочитает переключить внимание на другие вещи. Анна все это время находилась в позиции «наблюдателя за собственной жизнью».

По изменениям ее дыхания, мимике было заметно, что она включена в процесс. Когда «Мужчина» отвернулся от «Анны», по щеке реальной Анны покатилась слеза… «Ты хочешь встать на свое место? Анна кивнула и поменялась местами с девушкой, которая стояла на ее месте. Она повернула голову и стала смотреть на «мать», «бабушку», «прабабушку». Это длилось довольно долго… Наконец Анна сказала: «Все, больше не могу» — и решительно повернула голову так, что все оказались у нее за спиной и она уже не могла их видеть.

Я ничего не ответила, и Анна, несколько минут подождав моей реакции? Мужчина встретился с ней взглядом, и они медленно начали приближаться друг к другу. Вся группа с замиранием сердца следила за этим осторожным, очень осторожным продвижением… Подойдя друг к другу, они некоторое время постояли, глядя друг другу в глаза. А затем мужчина протянул Анне руку. Она осторожно прикоснулась к его руке, потом ее ладонь потонула в его ладони. Это был очень красивый и трогательный момент.

И вдруг неожиданно лицо Анны потемнело, и она сказала, отдергивая руку:. Это был ключевой момент — желание Анны быть любимой и любить, быть в отношениях с мужчиной и проекция собственной завистливой и разрушительной части на «несчастных» маму, бабушку и прабабушку. У меня в этот момент был выбор — начать с Анной работу в форме разговорной терапии или обратиться к «женщинам рода». Я выбрала второе. Участницы группы по моей просьбе отреагировали на все происходящее. К ней подошли «мама», «бабушка», окружив ее кольцом… Несколько минут они что-то шептали ей, а потом, обнявшись по очереди с каждой, Анна сказала: «Спасибо».

На этом наш эксперимент завершился. Мы обсудили полученный Анной опыт, а также ее неудачную концептуализацию женщин семьи как обладательниц «несчастной судьбы». Но самым важным был простой шаг Анны — шаг от семьи, шаг навстречу мужчине. Можно по-разному объяснять то, что происходило. Семейные границы — четвертый параметр описания семейной системы.

У каждого человека, живущего в семье, есть представление о том, кто еще входит в состав его семьи. Это представление и задает границы семьи. У людей, живущих в одной семье, представление о ее границах может быть разным. Например, мужчина женился на женщине с взрослым ребенком; они живут вместе.

Мужчина считает, что его семья состоит из двух человек — его самого и его жены. Жена считает, что ее семья состоит из трех человек — ее самой, сына и мужа. Несовпадение представлений о границах семьи может быть источником серьезных разногласий. Границы семьи могут быть очень проницаемыми или более закрытыми. Проницаемость границ задает стиль жизни в семье. Открытая семья полна народу, гостей, приходящих без предупреждения, иногородней родни.

Для гостей не готовится специального угощения, дети жестко отделены от взрослых, например, они, как правило, сами ложатся спать, сами делают уроки и вообще живут своей жизнью. Это понятно: взрослым не до них. При более закрытых границах семьи гости приходят только по приглашению, существует специальный ритуал приема гостей, например, угощение, праздничная посуда, уборка накануне.

В такой семье дети обычно менее самостоятельны, взрослые больше включены в их жизнь. Как видно, существует определенная закономерность: чем более закрыты внешние границы семейной системы, тем более открыты границы внутрисемейных подсистем. Расстановка границ семейных подсистем определяет коалиции, существующие в семье.

Функциональные коалиции — это супружеская подсистема и детская подсистема. Остальные варианты коалиций, как правило, дисфункциональны. Дисфункциональные коалиции, указывающие на наличие проблем в семье, — это, например, подсистема мамы и детей, с одной стороны, и папы — с другой. Или мама с одним ребенком против папы с другим ребенком. Или жена со своими родителями в коалиции против мужа со своими родителями. Примеров множество. Семейные коалиции указывают на структуру и иерархию в семье, а также на семейную проблему.

Коалиции — центральное понятие структурного подхода в системной семейной психотерапии Минухин, Фишман, Мама обратилась по поводу своего десятилетнего сына. Мальчик отказывался ходить в школу и оставаться один дома. Маме пришлось уйти с работы, чтобы с ним сидеть. Более того, через некоторое время мальчик переместился ночевать в супружескую спальную своих родителей.

В семье всегда существовала коалиция мама—сын. Папа был на периферии семейной системы, много работал, отправлял жену с сыном отдыхать заграницу, но сам с ними не ехал — не хватало денег на троих. Папа ходил за продуктами после работы и готовил дома по выходным дням. Его вес и положение в семье были очень незначительными. Маленький тиран — его сын — справедливо рассудил, что легко займет место своего отца рядом с мамой. Требуемое воздействие в данном случае — это изменение семейных коалиций и отведение ребенку подобающего места.

Позиция папы должна быть усилена, коалиция мамы с сыном разрушена. Это необходимо, поскольку перед мальчиком вскоре встанет задача преодоления кризиса идентичности, что очень трудно сделать, не пройдя через сепарацию от своей семьи. Пятый параметр семейной системы — это стабилизатор, то есть то, что скрепляет систему, что помогает людям держаться вместе.

Вообще говоря, все вышеописанное является стабилизаторами, особенно семейный миф. В определенном смысле семья — это группа людей, разделяющая общий миф. Общий миф или общие мифы — условие, необходимое для существования семьи, но недостаточное.

В разные периоды жизни семьи существуют разные стабилизаторы. Общие дела: хозяйство, распределение функций, общий бюджет, общие дети, страх одиночества — это обычные стабилизаторы, которые естественно присутствуют в каждой семье. Внешняя макросистема — также неплохой стабилизатор, особенно в тех обществах, где общепризнана ценность брака, где одинокие женщины или одинокие мужчины воспринимаются как неудачники.

Там негативен сам факт развода, и общественное мнение является стабилизатором семьи. В практике работы с семьей приходится иметь дело со своеобразными стабилизаторами. Например, нередко отклонения в поведении и развитии ребенка становятся мощнейшим стабилизатором семейной системы. Предложу схему того, как работает стабилизатор, на примере ночного энуреза у ребенка. В дисфункциональной семье, где супруги с трудом уживаются вместе, появляется ребенок. Известно, что трудный брак — это всегда трудный секс.

В нашей культуре непроизвольное ночное мочеиспускание считается возрастной нормой примерно до двух с половиной — трех лет. Случилось так, что в течение первых двух лет жизни ребенка отношения супругов портились; особенно негармоничными становились сексуальные отношения. Итак, сексуальные отношения складывались непросто, но в остальном брак представлял ценность для супругов.

Возникла непростая задача — сохранить добрые отношения, но избежать интимной близости. Беспокойство за ребенка: как он там, не мокрый ли, не раскрылся ли — хороший повод, чтобы отлучаться к детской кроватке и ссылаться на свое беспокойство как на причину неготовности к сексу. Не ты плохой любовник или плохая любовница, а просто тревожное родительское сердце отвлекает. А тут как раз ребенку и по возрасту пора начать проситься, а он не просится, и это неслучайно. Родители или один из них начинают высаживать ребенка ночью, а также явно реагировать на мокрую постель.

Для ребенка такое поведение родителей является положительной обратной связью, подкреплением мокрой постели, потому что для него значимым сигналом является любое, пусть даже эмоционально негативное внимание к нему. Мокрая постель для ребенка становится путем к сердцу родителей.

Идет время, ребенок растет. Теперь ночное недержание мочи квалифицируется как энурез. В семейной системе он занимает достойное место. Я вспоминаю одну семью, где энурезом страдал одиннадцатилетний мальчик. Семья жила в трехкомнатной квартире. Были детская с книжками, письменным столом и игрушками, гостиная с диваном и телевизором и спальня с двуспальной кроватью и трюмо.

В спальне спали мама и сын. Папа спал на диване в гостиной. Мама объясняла, что ей проще высаживать ребенка ночью, если он спит под боком. Интимные отношения супруги не поддерживали больше семи лет. Энурез сына стал использоваться ими как достойный способ без конфликтов и тягостного выяснения отношений избегать половой близости друг с другом и при этом не разрушать семью.

Рассматривая все вышеперечисленные параметры семейной системы мы невольно подразумевали некую историю становления семьи. Иначе говоря, для успешной работы с семьей необходимо знать не только положение сегодняшнего дня, которое описывается предыдущими параметрами, но и то, каким образом семья дошла до этого положения. Семейное прошлое складывается из прошлого опыта жизни членов семьи, из того, что они пережили в своей родительской семье и в прошлых браках или во внебрачных отношениях.

Из прошлого человек привносит в свою семью, во-первых, правила и мифы своей родительской семьи в неизменном виде или в негативном отображении; во-вторых, ожидания и потребности, которые сформировались под влиянием прошлого опыта. Правила и мифы родительской семьи присутствуют в виде привычек и ритуалов, в виде чувства комфорта, которое возникает, когда осуществляется привычный стиль жизни, разумеется, в тех случаях, когда в родительской семье человеку было хорошо и он хочет повторить приятный опыт.

Впрочем, не обязательно даже, чтобы было хорошо, так как многое происходит без осознания. Например, режим сна. Привычка ложиться спать рано или поздно зависит от режима жизни в родительской семье. Если партнер имел другой режим, то могут быть проблемы. В любом случае этот вопрос придется решать, находить компромисс или одному партнеру менять свой привычный режим. То же самое относится к привычкам питания или привычным способам выяснять отношения: в одной семье кричат во время разногласий, в другой — перестают разговаривать и т.

Чем сложнее паттерны поведения, тем труднее договариваться. Например, сексуально привлекательный вид и поведение, знаки любви и внимания, способы выражать вину и сожаление — это сложные и плохо осознаваемые поведенческие последовательности, которые очень трудно поддаются изменениям. Помимо привычек и моделей человек привносит в брачный союз ожидания и массу нереализованных потребностей.

Собственно говоря, удачный брак — это такой брак, в котором могут реализовываться потребности и фантазии. Если существенные потребности не могут реализовываться в браке, то обычно он переживает серьезный кризис или разваливается. Любовь — самое корыстное чувство.

Уже на этапе выбора партнера происходит вычисление вероятности удовлетворения психологических потребностей в отношениях с этим человеком. Ловушка заключается лишь в том, что потребности меняются. Существует естественная смена потребностей, если удовлетворены одни потребности, то им на смену выступают другие. Скажем, если человеку важно быть спасателем и благодетелем, если, именно спасая, он чувствует свою значимость и повышает свою самооценку, то он влюбляется в такого человека, в отношениях с которым можно реализовать эти потребности.

Одна моя клиентка всякий раз влюблялась в несчастных, страдающих мужчин, причем страдавших в детстве: одного оставила мать, у другого мать умерла, когда он был маленьким. Мужчины также видели в ней маму и в начале отношений с удовольствием пользовались ее жалостью.

Однако с течением времени они удовлетворяли свою потребность иметь хорошую маму и уже готовы были видеть в ней либо равную партнершу, либо даже дочку; она же все продолжала видеть в них детей. Рассогласование этих важных психологических потребностей разрушало отношения супругов. Эта ситуация с точностью до мелочей повторялась дважды в жизни моей клиентки. Откуда возникла эта потребность? В данном случае она возникла из-за ее своеобразных отношений с матерью и вообще от внутрисемейного статуса мамы в родительской семье клиентки.

Там мать была эмоциональным центром семьи, она всегда была права, она принимала решения, она была благодетельницей как для домашних, так и для посторонних людей. При этом в семье было известно, что дети должны знать свое место, не мешаться, вот вырастут — поймут. Моя клиентка усвоила, что взрослость начинается с материнства, по крайней мере у женщины. Став матерью, женщина в значительной мере обретает смысл своей жизни, а также множество прав и возможностей. Отношения с матерью в дальнейшем складывались непросто.

К моменту выхода замуж первый раз она была девушкой с острой потребностью самоутвердиться. Как это сделать, было известно. Часто собственная семейная жизнь устраивается для того, чтобы решить нерешенные проблемы семьи своего детства. Партнер для этого находится снайперски. Понимая свою невысокую ценность на рынке женихов из-за своей низкой самооценки , он выбирает себе в невесты простую девушку, никак не рискуя быть отвергнутым, и женится, получая тем самым путевку в настоящую взрослую жизнь.

Золушка выходит за него замуж прежде всего для того, чтобы покинуть семью своей мачехи. Угадывание возможности реализовать в этих отношениях заветные потребности и вызывает у молодых людей любовь друг к другу. К сожалению, эти потребности пытаются реализовать просто через акт бракосочетания, что никак не гарантирует долговечность союза.

Нередко в браке человек старается осуществить то, что требуется для его нормального психического развития, но что, однако, не было осуществлено в родительской семье. В каждой семье необходимый этап — сепарация детей от родителей. Каждый ребенок должен пройти процесс сепарации для того, чтобы стать взрослым, самостоятельным, ответственным, для того, чтобы быть способным создать собственную семью.

Известно, что прохождение стадии сепарации есть одна из самых сложных задач развития семьи. Нередко, не имея возможности найти другой такой же стабилизатор, как дети, семья не позволяет детям или ребенку отделиться. Однако для нормального психического развития ребенку необходимо пережить процесс сепарации. Если это не удается с мамой и с папой, то должно осуществиться с мужем или женой.

В этих случаях брак заключается для развода. Все мы получаем в детстве некие предписания и рецепты о том, как жить. Это называется воспитанием. Семейную историю удобно и эффективно прослеживать с помощью техники генограммы McGoldrick, Gerson, Эта техника позволяет проследить стереотипы взаимодействия всех ветвей семьи в трех поколениях, вычислить сценарии и подводные камни семейной жизни. Психотерапевт расспрашивает семью о родственниках и строит генеалогическое дерево семьи в трех поколениях.

Затем необходимо выяснить особенности взаимоотношений членов семьи друг с другом, семейные предания, истории, которые передаются из поколение в поколение. Психотерапевт расспрашивает о характерах людей, истории их знакомства, истории рождения детей, переездах и других изменениях в судьбах. Из всего этого складывается история семьи, которую затем психотерапевт интерпретирует семье, показывает связь той проблемы, с которой семья обратилась, с прошлым этой семьи.

Приведу пример. Обратилась семья с трехлетним мальчиком. Он страдал страхами, не любил гулять, боялся темноты, не спал один в комнате. Родители были преподавателями, то есть у них был достаточно свободный режим, поэтому они держали мальчика дома, не отдавали в детские учреждения, сидели с ним сами по очереди.

Обратились они по поводу страхов сына. В ходе беседы выяснилось, что супружеские отношения у них сейчас также не в лучшем виде. Исчезло доверие и взаимопонимание, они все время были недовольны друг другом, вместо разговоров происходило высказывание претензий и упреков. Разумеется, ребенок бывал непременным свидетелем этих ссор.

До рождения ребенка супруги прожили вместе тринадцать лет и были довольны своим браком. Обращает на себя внимание то, как много усилий тратит семья, чтобы постоянно находится в родительских ролях. Она, Нина, выросла в неполной семье. Ее бабушка и дедушка развелись перед войной, когда у них было четверо детей: два мальчика и две последние девочки-двойняшки.

Старшие дети умерли от болезни до развода. Затем умирает одна девочка из пары, и бабушка остается с единственной дочерью. Отец погибает на фронте. Дочка выросла и влюбилась в женатого мужчину. От этого романа родилась девочка Нина. Брачного союза не получилось, зато дочка осталась.

При анализе ее генограммы Нина сказала, что ей теперь кажется, что мама родила ее для бабушки, чтобы смягчить боль утраты детей. Возможно, и мама сама хотела воссоздать себе сестру. Так или иначе девочкой и домом занималась бабушка, она была функциональной мамой своей внучке, а мама работала. Кроме того, она выросла в ситуации спутанности и замещения семейных ролей. Она сама замещала дочь бабушке и сестру маме. Она не имела модели супружеской жизни и не умела быть женой, так как не видела, как это делается, в своей семье.

Он, Петя, напротив, вырос в полной, традиционной, патриархальной семье в старинном русском городке. Он — младший ребенок, у него есть еще старшая сестра. Папа зарабатывал деньги, все чинил и таскал тяжести. Мама стирала, убирала и готовила, а кроме того, ворчала на мужа. Семья жила без бабушек и дедушек, Петя был достаточно избалован.

Он имел ясные модели материнского и отцовского поведения, хорошо усвоил, что значит быть мужем и что должна делать жена. Петя вырос и поступил в Москве в университет. Нина к этому моменту уже училась в университете три года, но на другом факультете. Петя скучал по своей семье и чувствовал себя достаточно одиноким в общежитии. Они познакомились случайно, разница в возрасте в четыре года их не смутила, и после непродолжительного романа они поженились.

Тринадцать лет супруги прожили в браке, не заводили детей, а занимались своей карьерой. За это время они защитили кандидатские диссертации, получили московскую прописку и выменяли свою комнату в коммунальной квартире на маленькую двухкомнатную квартиру. Они были довольны друг другом. Какие потребности они удовлетворяли в этом браке? Нина вышла замуж и вместо мужа получила сынка. Она выполнила тем самым свое предписание.

Петя в этом браке самоутверждался. В своей родительской семье он был младшим, с одной стороны, любимым, а с другой — он должен был подчиняться всем, кто был старше, в том числе и своей сестре. Характер у него властный и самолюбивый. По отношению к своим родителям он оставался почтительным сыном, зато был придирчивым и требовательным к жене. Итак, роли в этой семье распределились не случайно, но удачно. Проблемы начались, когда родился долгожданный ребенок.

Нина стала мамой своему биологическому сыну и перестала быть мамой своему мужу Пете. Петя при этом стал папой сыну и готов был стать наконец мужем своей жене, но она не была готова к этому, у нее не было модели поведения жены. Когда они заботились о своем сыне, осуществляли родительские функции, отношения оставались бесконфликтными.

Как только супруги оставались наедине, возникало ощущение пустоты и бессмысленности, начинались взаимные претензии и упреки. Наиболее известные и широко используемые эвристики — это циркулярность, нейтральность и гипотетичность Palazzoli et al. Этот принцип гласит: все, что происходит в семье, подчиняется не линейной, а циркулярной логике.

Рассмотрим процесс перехода от рассмотрения случая в линейной логике к рассмотрению случая в циркулярной логике. Обращается мама с жалобой на то, что ее девятилетний сын плохо учится в школе. В линейной логике причина детского нарушения видится в ребенке. Ребенок плохо учится, потому что у него наблюдаются нарушения развития высших психических функций, и он просто не справляется со школьными требованиями в силу нарушений памяти, внимания, мышления и т.

Или ребенок плохо учится, потому что у него школьный невроз. Возможно и то, и другое. Психологическая диагностика позволяет проверить и ту, и другую линейную гипотезу. В очень многих случаях мы видим, что неуспеваемость не связана или целиком не объясняется вышеназванными возможными причинами. Сделаем первый шаг к круговой причинности. Расспросив обратившихся, выясняем, что мама все время делает уроки с ребенком.

Следовательно, у ребенка не выработано навыков самостоятельной работы, которые он мог использовать при работе в классе. Редкая мать этого не понимает, но тем не менее часами делает уроки с ребенком. Зачем ей нужно проводить так много времени за уроками? Затем, что в это время она чувствует себя нужной и необходимой. Зачем маме нужно это чувствовать?

Затем, что у мамы и папы не слишком хорошо складываются отношения, мама часто чувствует себя ненужной мужу, у нее возникает эмоциональный вакуум, она восполняет его в общении с сыном. Если у сына будет все в порядке, интенсивность скандалов между мамой и папой увеличится просто в силу того, что у мамы будет больше времени задуматься о проблемах своей семьи. Скандалы — угроза стабильности семьи. Их не хочет никто. Итак, круг замкнулся. Чем хуже мальчик учится в школе, тем больше времени мама и сын проводят вместе за уроками, тем меньше мама и папа выясняют отношения, тем стабильнее семья.

Понятно, что эту круговую зависимость видит вначале терапии только психолог. Постепенно с помощью специально разработанного метода циркулярного интервью эту зависимость начинают видеть все. Как только это произошло, в семье становятся возможными перемены, семья становится доступной для психотерапевтического воздействия.

Если психолог остается в линейной логике, то либо он может наладить учебу ребенка в школе на короткое время, либо у ребенка возникнет другое нарушение поведения, которое будет стабилизатором семейной системы вместо неуспеваемости. В худшем случае успех ребенка приведет к распаду семьи. Эти процессы многократно и подробно были описаны такими авторами, как Джей Хейли и Клу Маданес Haley, , Madaness, По моему опыту многолетнего преподавания системной семейной терапии, самое сложное — научить пользоваться циркулярной логикой, видеть круговую причинность событий, отмечать круговые взаимодействия членов семьи между собой.

Как только в голове психотерапевта возникает циркулярная логика, выбор способа воздействия на семейную систему становится простой технической задачей. Принцип нейтральности утверждает: эффективная психотерапия требует сохранения психотерапевтом нейтральной позиции. Он равно сочувствует всем членам семьи, не присоединяется внутренне ни к кому и обеспечивает всем членам семьи равные возможности говорить и быть услышанным и понятым.

Этот принцип соблюдать непросто. Наиболее частый вариант его нарушения — попадание женщин-психотерапевтов в позицию суперматери. В дисфункциональной семье страдают все, но страдание детей видится ярко, особенно в нашей центрированной на детях культуре.

Кажется, что нерадивые родители несправедливо обижают детей. Это сообщение очень легко прочитывается, и мать, естественно, защищается и сопротивляется. Это сопротивление, спровоцированное поведением терапевта, часто сводит все его усилия на нет. Семья прерывает терапию. Основная цель общения терапевта с семьей — проверка гипотезы о цели и смысле семейной дисфункции. Как уже было отмечено выше, основные вопросы, которые задает себе семейный психотерапевт: зачем в семье происходит то, что происходит?

Первичная гипотеза терапевта и определяет его стратегию беседы с семьей. В тех случаях, когда у терапевта не сформулирована первичная гипотеза, его беседа с семьей хаотична; нередко инициативу в ведении беседы берет на себя самый мотивированный член семьи.

Не следует забывать, что вести беседу со всей семьей одновременно непросто. Беседа в индивидуальной терапии диалог не аналогична беседе со всей семьей полилогу. Также не является моделью работа с группой, поскольку при работе с семьей мы не можем опираться на обычную групповую динамику. Единственная возможность построить эффективное общение со столь разновозрастной формальной группой, которой является семья, — это опора на некую метацель, обеспечиваемую первичной гипотезой. Системная семейная психотерапия осуществляется сразу со всей семьей.

На прием приглашаются все члены семьи, проживающие вместе, независимо от возраста: и старики, и грудные дети. Это особенно важно в начале работы, так как дает возможность непосредственно увидеть невербальные аспекты взаимоотношений людей, семейные коалиции, стереотипы общения, семейные правила. На прием пришла семья: бабушка по материнской линии , мама, папа и ребенок трех месяцев.

Жалобы были на частые конфликты молодых супругов. В кабинете семья расположилась следующим образом: бабушка и мама рядом, бабушка держит на руках младенца, папа сидит на некотором расстоянии от этой группы. Понятно, что гипотеза о возможных нарушениях функционирования этой семейной системы рождается очень быстро: бабушка — функциональная мать младенца.

Его биологическая мама — функциональная сестра, сепарация между мамой и дочкой не произошла, в семье идет борьба за власть и влияние между мужем и бабушкой. Структурно семья поделена так: коалиция бабушка—мама—ребенок и иногда коалиция мама—папа. Мама находится между двух огней, она поставлена в ситуацию выбора между мужем и своей матерью.

Очень важно дать семье возможность выбрать расположение в пространстве. Поэтому в кабинете семейного психотерапевта всегда должно быть больше стульев и кресел, чем членов семьи. Взаимное расположение — быстрый и надежный способ диагностики семейной структуры Минухин, Фишман, Предварительная договоренность о приходе семьи должна производится самим психотерапевтом или членом его команды.

Содержание предварительной беседы позволяет сформулировать системную гипотезу еще до начала непосредственной работы с семьей. Вопросы, которые необходимо задать во время телефонного разговора: 1 на что жалуется звонящий коротко, только основное — супружеская проблема или детско-родительская?

Анализ ответов на эти вопросы позволяет составить предварительную системную гипотезу. При очной встрече с семьей психотерапевт проверяет правильность этой предварительной гипотезы. Методологические принципы системной семейной психотерапии отрицают простое, непосредственное общение психотерапевта с семьей.

Одна из целей психотерапевтического общения — проверка системной гипотезы. Надо сказать, что все методологические принципы этого подхода призваны обеспечивать защиту психотерапевта от воздействия на него семейной системы клиентов. Понятно, что на прием попадают только открытые семейные системы. Следовательно, семейная система клиентов стремится поглотить терапевта.

Событийно это проявляется в том, что семья стремится распространить свои правила на общение с терапевтом, сформировать с ним коалиции, получить признание своего мифа и т. То есть происходит процесс, который называется семейным переносом.

Если терапевт попадает под это влияние, а сознательно не попасть под него начинающему семейному терапевту практически невозможно, поскольку обычно люди не осознают системных влияний, то он начинает свободно проецировать на семью свои проблемы, свой опыт семейной жизни и немедленно теряет эффективность. Методологические принципы системного подхода обеспечивают защиту терапевта от влияния семейной системы. С семьей может работать один психотерапевт, но может работать и психотерапевтическая команда, то есть человек, который непосредственно беседует с семьей и два или три супервизора, которые наблюдают за процессом, находясь за зеркалом Гезелла.

В классической миланской модели с семьей работает команда, супервизоры могут в любой момент вмешаться в беседу с семьей, дать указания интервьюеру, что ему спросить, у кого, как ему самому расположиться в пространстве в зависимости от особенностей складывающегося контакта с разными членами семьи. Проблемы командной работы — наиболее популярная тема всех последних международных конференций по вопросам семейной психотерапии. Циркулярное интервью. Это основная и широко используемая техника см.

Tomm, ; Hennig, Психотерапевт задает по очереди членам семьи особым образом сформулированные вопросы или один и тот же вопрос. Обычно обучение этому требует не менее ста часов практики под наблюдением супервизора. Обратилась мама с жалобой на то, что ее одиннадцатилетний сын после школы не идет домой, а где-то проводит время, в основном на Арбате, иногда даже не приходит ночевать.

Семья состоит из трех человек — мамы, папы и сына. Психолог вопрос маме : Ваш сын вернулся поздно, вы сердитесь и плачете. Что в это время делает Ваш муж? Психолог сыну : Раньше, пока ты еще не начал пропадать из дому, в каких случаях твои родители сидели на кухне вдвоем, пили чай, разговаривали? Последний вопрос задается и маме и папе. Из ответов становится ясно, что такие беседы на кухне бывали крайне редко. Супруги часто ссорились.

Этот простой пример показывает, как с помощью круговых вопросов становится понятной функция нарушения детского поведения. Уходы сына сплачивают родителей и стабилизируют систему. Дети часто приносят себя в жертву стабильности семьи. Обратите внимание, что вышеприведенные круговые вопросы не выходили за рамки поведенческих реакций. Психолог не спрашивал ни про мысли, ни про чувства. Если в круговые вопросы вовлекается еще и этот пласт психической реальности, они становятся еще более сложными.

Обратились молодые супруги с жалобами на частые ссоры. Ссоры возникали по разным поводам, но наиболее часто из-за того, что жена надолго задерживается на работе, поздно приходит домой. Жена: Обиду. Незаслуженно, несправедливо. Потом еще мне не нравится оправдываться, я ничего плохого не делаю.

Да, обиду и какую-то безнадежность. Как видно, круг замкнулся. Каждый из супругов своим поведением положительно подкрепляет то поведение своего партнера, которое ему не нравится. Начинающему системному семейному психотерапевту полезно будет выучить наизусть список тем, которые необходимо затронуть в беседе с семьей с помощью круговых вопросов:. Задаются вопросы о том, кто их направил на консультацию, к кому они обращались прежде.

Например, ребенок не справляется со школьными требованиями. Необходимо прояснить круги взаимодействия на уровне поведения, на уровне мыслей и чувств. Например, обязательно будет скандал всех со всеми, если ребенок получает двойку.

Разумеется, весь этот круг тем невозможно затронуть за один сеанс. Обычно его можно пройти за две-три встречи. После этого системная гипотеза становится достоверной. Конкретная формулировка вопросов в круговой форме определяется индивидуальным мастерством и творческим потенциалом психотерапевта, его способностью строить контакт с семьей.

Техника позитивной коннотации положительное переформулирование. Это техника подачи обратной связи семье после того, как психотерапевт утвердился в своей круговой гипотезе на текущий момент работы с семейной проблемой. Психотерапевт или команда рассказывает семье о том, как он воспринял и понял содержание семейной дисфункции.

Рассказ строится по определенным правилам Palazzoli et al. Рекомендуется снять тревогу семьи по поводу происходящего. Для этого подходит прием нормализации: содержание семейной дисфункции рассматривается в более широком социокультурном, возрастном, статистическом аспекте. В случае дисфункции, связанной с определенной стадией жизненного цикла семьи, полезно сообщить клиентам о закономерности происходящего и повсеместной распространенности. Если дисфункция связана с миграциями, хорошо сослаться на явления культурного шока.

Нормализация в системном подходе выполняет ту же функцию, что и сообщение диагноза в медицине, она дает людям определенность и надежду, связанную с тем, что профессионалы уже имели дело с подобными проблемами и знают, как к ним подступиться. Фокусировка на положительной стороне дисфункции.

Любая дисфункция, существующая в семье, имеет положительную сторону. Выше описывались механизмы стабилизации семейной системы с помощью нарушения детского поведения. Положительно переформулировать можно не только текущий симптом, но и любые прошлые события.

Подросток воспитывается в семье своей тети, потому что его мама-наркоманка отдала его в раннем возрасте своей сестре. Он обижен на мать, считает, что она отказалась от него. Она сама отдала тебя в хорошие руки, не отрывала тебя от семьи. Она сделала для тебя самое лучшее, что могла.

Включение в текст обратной связи противоречия, парадокса. Это необходимо для того, чтобы парадокс психотерапевта мог нейтрализовать парадокс реальной семейной ситуации. Ранее приводились типичные парадоксы, которые легко вскрывает циркулярная логика: мама хочет, чтобы ребенок хорошо учился, и делает все, чтобы лишить его навыков самостоятельной работы. Супруги хотят улучшить свой брак и делают все, чтобы не попадать в супружеские роли, оставаться лишь родителями, не сближаться.

Обратимся к случаю, где ребенок плохо учится, мама все свободное время тратит на приготовление уроков с ним, папа редко бывает дома. Мама и папа часто ссорятся. Чтобы не ссориться лишний раз, они стараются не общаться, папа практически лишил себя возможности иметь свой дом. Преданный сын не позволяет себе хорошо учиться, при том что у него есть все данные для нормальной учебы, чтобы мама была постоянно занята его проблемами и не имела свободного времени задуматься о своих отношениях с папой.

Мама не имеет никакого личного времени, все силы тратит на сына, почти уже превратилась в домашнюю учительницу, забыла, как быть просто мамой и женой, чтобы сохранять мир в доме. Любой симптом в семейной системе можно положительно переформулировать, потому что он обеспечивает гомеостаз системы и в этом смысле имеет положительное значение для семьи. Последняя описываемая здесь техника — это предписание определенного поведения членам семьи.

Психотерапевт просит членов семьи выполнять определенные задания, в основном это конкретные действия. Предписания могут быть прямыми и парадоксальными Madanes, , ; Palazzoli et al. Нередко парадоксальные предписания практически невозможно выполнить. В этих случаях цель предписания — дать возможность семье подумать и обсудить с психотерапевтом на приеме, почему данное предписание невыполнимо для этой семьи.

Семье, в которой спутаны семейные роли и нарушены границы подсистем, рекомендуется жить неделю так: никто не имеет своего спального места; каждый вечер дети ложатся, где хотят, а родители — где найдут себе место. Это предписание доводит до абсурда хаотические, неструктурированные привычки этой семьи и вызывает протест у членов семьи.

На следующей встрече обсуждаются чувства людей и предлагаются более конструктивные варианты устройства жизни, распределения ответственности и т. Прямые предписания, как правило, не вызывают протеста, они на первый взгляд просты для исполнения. Например, семье, в которой не произошло распределения ролей и функций, в которой основная тема — борьба за власть и контроль, эффективно предложить предписание действий по времени: в понедельник, среду и пятницу все решает муж, жена и дети подчиняются, во вторник, четверг и субботу все решает жена, в воскресенье предлагается спорить и ругаться как обычно.

Опыт применения нового ритуала и обсуждение этого опыта обеспечивают терапевтический эффект. Очное проведение циркулярного интервью. Проверка первичной гипотезы. Выдвижение следующей гипотезы, если первичная гипотеза не подтвердилась. Если с семьей работает терапевтическая команда, обсуждаются результаты интервью с командой и разрабатываются стратегии и тактики воздействия. Если терапевт работает один, то он сразу переходит к следующему этапу.

Стратегию и тактику воздействия психотерапевт разрабатывает сам и сразу. Психотерапевт дает семье обратную связь относительно того, как он понял семейную проблему. Техника позитивной коннотации. Предложение курса семейной психотерапии. Обсуждение с семьей частоты и длительности их будущих визитов. Обсуждение оплаты терапии.

Фактически это и есть заключение психотерапевтического контракта, в результате которого и клиенты, и психотерапевт психотерапевтическая команда имеют ясное представление о цели психотерапии, о том, как распределяется ответственность, каким может быть результат терапии. Обратился папа с жалобой на то, что его двенадцатилетняя дочь ведет себя, как мальчик, и хочет быть мальчиком, просит называть ее мужским именем дома и в школе.

В ходе первичного приема стало ясно, что стремление девочки стать мальчиком — лишь одно из многих нарушений ее поведения. У девочки были нарушены навыки опрятности, она плохо находила контакт с родителями, учителями, детьми. В раннем детстве не отмечалось обхватывания, ее всегда было неудобно держать на руках — она не прижималась, казалась отстраненной. Вся семья имела признаки нарушенного внутрисемейного общения: практически не было никакого семейного времяпрепровождения, каждый существовал сам по себе, не вместе, а рядом.

Семейные коммуникации пронизаны двойными ловушками. Palazzoli et al. Мне кажется, что это один маленький фрагмент общей картины особенностей вашего семейного общения. Я могла бы вместе с вами поработать над стилем вашего семейного взаимодействия. Если бы все теплые чувства, которые есть у вас друг к другу, все напряжения и обиды легко и безопасно выражались, вам всем было бы легче понимать друг друга.

Когда улучшится ваш контакт, Катя, возможно, увидит преимущества женской роли. Ей легче будет находить общий язык в школе. На этом фоне эффективнее будет работа с конкретными Катиными сложностями, если они останутся. Когда родители и Катя согласились пойти по предложенному пути, с ними обсудили частоту визитов, время и день прихода, размер оплаты.

Это последний этап первичного приема, когда семье предлагается прямое или парадоксальное предписание поведенческого ритуала, который они должны выполнять в течение времени до следующего психотерапевтического сеанса. На последующих встречах с помощью вышеописанных техник работы с семьей обсуждаются события, прошедшие между встречами, особенности выполнения предписаний, прошлые обстоятельства, детские воспоминания взрослых членов семьи, правила, мифы, семейная история, стереотипы общения и многое другое.

Это один из самых сложных вопросов любого психотерапевтического подхода, не только системной семейной психотерапии. В общем виде ответ такой: семейная система должна стать функциональной. Это означает, что семья становится способной решать жизненные проблемы. Например, семья, состоящая из трех поколений одиноких женщин-алкоголиков, стала функциональной, когда женщины бросили пить, стали регулярно посещать занятия группы анонимных алкоголиков, младшая — студентка — восстановилась в вузе, старшие женщины стали работать.

Исчезновение симптома, возникновение внутреннего ощущения удовлетворения, радости жизни не являются необходимыми признаками терапевтического эффекта в этом подходе. Необходимый и достаточный признак — внешние поведенческие изменения. Семья, жаловавшаяся на депрессию отца, стала функциональной после того, как отец, несмотря на свое состояние, вернулся к работе, жена, которая последнее время занималась только мужем, стала уделять время и дочери.

Жалобы на депрессию при этом остались, но депрессия перестала использоваться системой. Депрессия стала личным делом отца, а не знаком общей беды, динамика его состояния перестала впрямую определяться семейными обстоятельствами, поведением жены и дочери. На этом фоне медикаментозное лечение дало быстрый эффект, и в течение двух лет депрессия не возвращалась, хотя раньше, несмотря на массивное лечение, семья узнавала о том, что наступила осень или весна, по состоянию отца.

Системная семейная психотерапия. Год издания и номер журнала:. Комментарий: Глава из книги "Современная психотерапия" История развития системной семейной психотерапии показывает, что эта область практики развивалась не так, как большинство психотерапевтических школ и подходов. Законы функционирования семейных систем Жизнь семейной системы подчиняется двум законам: закону гомеостаза и закону развития. Рассмотрим жизненный цикл российской семьи. Свойства семейной системы Семейная система может быть описана по нескольким параметрам.

Приведу в качестве примера один случай. Пример: Мама обратилась по поводу своего десятилетнего сына. Методологические принципы системной семейной психотерапии Наиболее известные и широко используемые эвристики — это циркулярность, нейтральность и гипотетичность Palazzoli et al. Практика психологической помощи семье Дизайн приема.

Организация работы семейного психотерапевта Системная семейная психотерапия осуществляется сразу со всей семьей. Техники работы с семьей Циркулярное интервью. Я опускаю начало беседы и привожу пример собственно круговых вопросов.

Психолог вопрос сыну : Кто обычно тебя встречает дома, когда ты все-таки возвращаешься? Сын: Обычно мама. Психолог: Как мама тебя встречает, что она делает? Сын: Она сердится, кричит на меня, иногда плачет. Мама: Он меня успокаивает и ругает сына. Психолог вопрос папе : Что делает сын, когда Вы его ругаете? Папа: Он хлопает дверью своей комнаты, уходит, обижается. Психолог вопрос сыну : Когда ты сидишь в своей комнате, что делают твои родители?

Сын: Сидят на кухне, разговаривают, чай пьют. Папа утешает маму. Сын: Да чего-то я не знаю Папа мало дома бывает. Не помню. Психолог мужу : Как вы себе объясняете, почему ваша жена задерживается на работе?

То, вакансии девушкам высокооплачиваемая работа считаю

Продуманные программы нашего центра могут оказать достаточно серьезное влияние на дальнейшую жизнь ребенка. Успейте записаться! Мест осталось мало. Запись по телефону Центр дополнительного образования "Умная школа" 21 сен в Математический поезд. Юлия Гидулянова запись закреплена 2 авг Центр дополнительного образования "Умная школа" 1 авг в У нас кончились каникулы!

До новой смены лагеря осталось 5 дней!!! Спешите: в потоке с 7 августа осталось 2 места и еще 2 места в потоке с 14 августа. Запись по тел. Юлия Гидулянова запись закреплена 1 авг ЮРГИ Обучение психологии 23 июл в Южно-Региональный Гештальт-Институт приглашает Вас на пролонгированную программу "Гештальт-подход для детско-родительских отношений".

ЮРГИ Обучение психологии 25 июл в Южно-Региональный Гештальт-Институт приглашает Вас на пролонгированную программу "Семейное консультирование". Алла Мишина. ЮРГИ Обучение психологии 30 июл в Жить в гармонии с собой и с миром, в окружении любимых людей, не беспокоиться по мелочам, радоваться каждому дню и иметь высокий доход? Тогда тебе к нам! Наверняка ты знаешь, что все сферы жизни взаимосвязаны и как важно сделать первый шаг!

Мы предлагаем тебе начать или продолжить свой путь к счастью с большого шага - Научно-практической гештальт-конференции. На конференции будет более 20 мастер-классов и лекций, посвященных применению гештальт-подхода в разных сферах По окончании конференции выдается сертификат участия с указанием количества часов тренинга. В разделе фотографии и отзывы участников конференций прошлых лет, Вы увидите насколько полезной интересной и разной каждый год бывает Научно-практтическая гештальт-конференция!

Добро пожаловать!!! Юлия Гидулянова запись закреплена 21 июл ЮРГИ Обучение психологии 10 июл в Юлия Гидулянова запись закреплена 20 июн ЮРГИ Обучение психологии 20 июн в Коллеги, июля стартует курс повышения квалификация "Семейное консультирование" присоединяйтесь Пролонгированная программа адресована психологам, специалистам, работающих или готовящихся к работе с парами, семьями Используя гештальт-метод, вы овладеете практическими навыками и методической базой, необходимыми, для оказания психологической помощи семьям и супружеским парам Показать полностью Этапы работы с семьей, супружеской парой.

Динамика семейных отношений, структура семьи Семейная история - исследование мифов и посланий семьи. Выявление деструктивных способов супружеского и семейного взаимодействия. Установление контакта и сопровождение семьи. Стратегии психологической помощи семьям с разными проблемами. Особые случаи в брачно-семейной терапии. Этапы работы с семьей, супружеской парой». Типы и формы семьи. Параметры семейной системы.

Функциональная и дисфункциональная семья Жизненные циклы семьи Моделирование работы с семьей А также базовые практические диагностические задания и упражнения: определение запроса, формулирование целей и заключение контракта с семьей. Наряду с этим эффективные приемы и способы работы с семьей, супружеской парой на первичном консультативном приеме. Характер структурных проблем в семейной системе.

Нарушения функционирования в семейной системе. Выявление «коалиций» и «группировок» в семейной системе. Несбалансированная и перевернутая иерархия в семье. А также базовые задания и упражнения 2 цикла: методика измерения психологических дистанций задание «семейная социограмма» задание « неоконченные предложения». Повторение паттерна функционирования в следующих поколениях.

Совпадение жизненных событий. Круг влияний в семейной системе. А так же анализ случаев из практики работы с семьей и супружескими парами. Семейные правила. Особенности работы с супружеской парой». Правила систем: официальные и скрытые. Стаж психотерапевтической работы — 15 лет. Специализации: «Интегративная семейная терапия. Гештальт-подход в работе с семьей»; «Гештальт-подход и методы арттерапии в работе с телом. Соматика и психосоматика»; «Программа профессионального обучения супервизоров и тренеров в гештальт-подходе» под руководством Жан-Мари Робина и др.

Ведение терапевтических, супервизорских групп и обучающих программ по гештальт-терапии ступени, организационное консультирование, индивидуальная и семейная терапия. Обучающий проект. Сертификация Ассоциации психологов Украины. Психологическое консультирование и основы психотерапии.

Народная школа психологии: Тренинги. Психотерапевтическая группа. Исследование отношений. Спецкурсы Приглашаем вас принять участие в учебной группе по интегративной семейной терапии Участие в программе даст возможность познакомиться с основными классическими и современными теориями изучения семейных систем, получить клиентский опыт в контексте собственной семейной истории, получить психотерапевтический опыт работы в русле системной семейной терапии под супервизией.

Программа курса Первый модуль «Системные модели семьи. История возникновения системной семейной терапии. Диагностические модели изучения семейных систем. Системная модель Оудсхорна. Трехосевая классификация семейных проблем по Ценгу, Макдермотту. Изучение жизненного цикла семьи разные теоретические подходы. Изучение структуры семейной системы. Изучение нарушений функционирования семейной группы. Классические системные теории. Теория семейных систем М. Боуэна Дифференциация «Я», понятие о триангуляции в семье, концепция об эмоциональных процессах ядерной семьи, проективные процессы в семье, концепция о многопоколенной передаче, эмоциональный разрыв в семье, концепция о сиблинговой позиции, концепция о социальной регрессии.

Современные системные теории циркумплексная модель семейных систем Д. Олсона; системная модель семейного функционирования Биверса; семейный подход МакМастера. Идентификация семейных паттернов. Первая встреча с семьей. Задачи первичного контракта. Использование регистрационной карты семьи.

Разные способы интервьюирования семьи линейные вопросы, циркулярные вопросы, стратегические вопросы, рефлексивные вопросы и др. Использование генограммы в изучении семьи. Техника работы с семейной доской по К. Кукольные расстановки в семейной терапии. Системные семейные расстановки по Б. Использование ассоциативных ОН-карт в семейной терапии.

Методы арт-терапии в семейной терапии рисуночные, игровые техники и др. Использование работы с метафорой в семейной терапии.

МОДЕЛЬНОЕ АГЕНСТВО НИЖНИЕ СЕРГИ

В такой семье он проходит иначе, чем в нуклеарной. Могут возникать коалиции стариков с подростками против среднего поколения; например, старики покрывают поздние отлучки и школьные неуспехи подростков. В то же время у среднего поколения есть хорошая управа на подростков. Больные старики в доме требуют ухода и присмотра. Эту обязанность вполне можно передать подросткам, привязав их к дому, лишив вредной уличной компании, замедлив процесс построения их идентичности.

Шестая стадия повторяет первую. Старики умерли, и перед нами семья со взрослыми детьми. Нередко это минимально возможный размер российской семьи. Многие стадии жизненного цикла американской семьи присутствуют в жизненном цикле российской городской семьи, например, стадия ухаживания, заключения негласного или отчасти гласного брачного договора между двумя партнерами, рождения детей, этапы их психологического развития и пр. Но они присутствуют в измененном виде, в контексте большой трехпоколенной семьи.

Основные особенности российской семьи заключаются в том, что. Например, в семье, где бабушка воспитывает ребенка, она фактически является функциональной матерью своему внуку; муж и жена делят постель, связаны интимными отношениями, но могут быть при этом не связаны отношениями заботы и близости, потому что муж духовно и эмоционально ближе к своей матери.

Он прежде всего заботиться о ее интересах. Функционально этот мужчина — муж своей матери и любовник своей жены. Семья живет в основном на деньги мужа, но семейный бюджет распределяет та же бабушка, так что функционально она — глава семьи;. Молодое поколение гораздо теснее и жестче связано с предыдущим поколением, чем на Западе; традиционность, преемственность и одновременно конфликтность выражены очень явно.

Каждый член семьи находится в ежедневном контакте с большим количеством близких людей. Он включен в разные непростые отношения, одновременно выполняет много социальных ролей, часто плохо стыкующихся друг с другом. Социальная грамотность, в определенном смысле изворотливость и одновременно диалогичность — это то, что ребенок усваивает очень рано.

При такой семейной организации основным часто является вопрос о власти. Таким образом, любая семейная система стремится пройти свой жизненный цикл в соответствии с законом развития систем. В то же время каждая стадия жизненного цикла семьи стремится остановиться навсегда, никогда не меняться, согласно закону гомеостаза.

Семейная система может быть описана по нескольким параметрам. Можно выделить шесть информативных параметров:. Рассмотрим первый параметр. Особенности взаимоотношений членов семьи проявляются в общении; под общением здесь понимается абсолютно любое событие, происходящее в семье. Опоздание и умолчание, откровенные разговоры и общее веселье, покупки и приготовление еды — все это информативное, особенное, уникальное для данной системы общение.

Даже, казалось бы, отсутствие общения, молчание, есть мощное информативное сообщение. Можно перестать разговаривать с человеком ребенком, супругом, супругой , и всем будет ясно, что это — выражение неодобрения и недовольства и стремление подвергнуть виновного остракизму. Общение может быть вербальным и невербальным; чаще всего оно бывает и тем и другим сразу. Порывистые, резкие движения, хлопанье дверью, грохот кастрюль выражают без слов и душевное состояние человека, и то, что он хочет, чтобы члены его семьи знали об этом состоянии.

Если это будет сопровождаться соответствующим текстом, то картина станет полной и завершенной. Вербальная и невербальная части сообщения дополняют друг друга, находятся в гармонии. Нередко бывает так, что эти части сообщения вовсе не находятся в гармонии, более того, противоречат друг другу.

Такие ситуации встречаются на каждом шагу. Например, флирт. Люди вроде бы разговаривают на серьезные и вполне пристойные темы, даже деловые. Ситуация является увлекательной и безопасной именно потому, что можно невербальный текст проигнорировать или не обратить внимания на словесные сообщения. Этот случай безобидный. Как только противоречия вербального и невербального планов попадают в семейный контекст и становятся там правилом общения, возникают серьезные нарушения поведения и самочувствия членов семьи, особенно детей.

Бейтсон с соавторами показал, как развивается аутизм у ребенка в ситуациях, когда он систематически сталкивается с противоречивыми сообщениями в своей семье. В ситуации такого общения ребенок не может вести себя адекватно, так как реакция на какую-то одну часть сообщения автоматически приводит к тому, что вторая часть сообщения не учитывается и за это ребенок порицается.

Как бы он себя ни повел, он неадекватен и не может приспособиться к реальности, не может повести себя правильно. В работе приводится яркий пример: мальчик, страдающий от шизофрении, лежит в больнице. Мама приходит его навестить. Мальчик выходит к ней в холл и садится рядом с ней. Мама отодвигается.

Мальчик подавленно замирает и молчит. К реальности приспособиться невозможно — лучше уйти в себя, аутизироваться, ведь ребенок не может выйти из ситуации общения в реальности, например, произвольно сменить семью. Итак, все происходящее в семье является сообщением.

Болезни, например, — это сильное и очень информативное сообщение, эффективно регулирующее семейную ситуацию. Допустим, папа хочет, чтобы сын был сильным, смелым, то есть настоящим мужчиной. Он полагает, что настоящий мужчина — это тот, кто рискует, самостоятелен и т. Мама совсем не хочет, чтобы ее сын рисковал своим здоровьем и был самостоятельным. Ей приятнее, когда он дома, на виду. Открыто она не может противоречить своему мужу. Мальчик, разумеется, также хочет свободы.

В то же время ему немного страшно пускаться в свободный полет. Как же быть? Мальчик собирается с молодежной компанией в горы. Папа рад и поддерживает намерения сына. Мальчик и хочет, и не хочет. Мама категорически против. Если она будет открыто протестовать, неизбежен скандал.

Совершенно случайно накануне отъезда сына она довольно тяжело заболевает. Мальчик вынужден остаться. Все довольны. Болезни, таким образом, становятся способом — причем достойным — решения многих проблем. Этого бы не могло быть, если бы они не являлись способами коммуникации. Все игры, прекрасно описанные Э. Берном, — это некоторые стереотипы поведения, представляющие собой формы коммуникации; они несут некие сообщения, которые не произносятся, но ясно всеми понимаются.

Второй параметр — это правила жизни семейной системы. Правила бывают заданными социумом и культурой, и тогда они разделяются многими семьями, а бывают уникальными для каждой отдельной семьи. Культурные правила семейной жизни известны всем: например, все знают, что родители не должны заниматься любовью на глазах у детей.

Уникальные правила известны только членам семьи. Правила — это решение семьи о том, как отдыхать и вести домашнее хозяйство, как тратить деньги и кто именно может это делать в семье, а кто — нет, кто покупает, кто стирает, кто готовит, кто хвалит, а кто по большей части ругает, кто запрещает, а кто разрешает.

Словом, это — распределение семейных ролей и функций, распределение мест в семейной иерархии, решение о том, что позволено, а что нет, что хорошо, а что плохо. В большой семье, состоящей из одних взрослых, растет поздний и горячо любимый ребенок. Наиболее часто исполняемое правило этой семьи: ни в коем случае не ругать ребенка ни за что, а хвалить при каждом удобном случае, восхищаться и умиляться про себя и вслух, индивидуально и в группах.

Такое поведение, по правилу этой семьи, есть выражение любви к ребенку. Если кто-то, гость или дальний родственник, нарушит это правило — не похвалит, не восхитится или, хуже того, сделает замечание ребенку, то он нарушит существенное правило жизни этой семьи, поставит всех в неловкое положение и не будет в дальнейшем желанным гостем.

Закон гомеостаза требует сохранения семейных правил в постоянном виде. Изменение семейных правил — болезненный процесс для членов семьи. Правило было очень простое: все в доме должно идти так, как хочет Фома Фомич Опискин. Это правило построения семейной иерархии, расстановки статусов. Что произошло, когда это простое правило было нарушено, описывается в чудесной повести Ф.

Достоевского на многих и многих страницах. Семейный психотерапевт обязательно должен уметь быстро вычислять некоторые важные правила функционирования семейной системы. Конечно, все параметры семейной системы взаимосвязаны. В частности, правила непосредственно связаны, и часто продиктованы семейным мифом. Итак, третий параметр семейной системы — миф. Семейный миф — это некая формообразующая и объединяющая всех членов семьи идея или образ, или история, если хотите, идеология.

Это значит, что в этой семье не может быть открытых конфликтов и уж тем более при детях. Сор из избы не выносится никогда. Отношения не выясняются открыто, все противоречия замазываются. Принято всюду бывать вместе, так как миф требует распространения в обществе, своего рода издания. Любое поведение членов семьи по отношению друг к другу, каким бы оно ни было, понимается как проявление добрых чувств.

Миф задает норму чувствования. Остальные чувства — обида, гнев, разочарование и пр. Проблемы начинаются в тех случаях, когда кто-то из семьи оказывается неспособным игнорировать свои нормальные и неизбежные отрицательные чувства к родственникам. Он и становится идентифицированным пациентом. Миф порождает правила и ритуалы. Нарушение правил, особенно систематическое, может разрушить миф.

Миф — это знамя, под которое собирается семья, это девиз, это вера. Если кто-то в семье не разделяет семейного мифа, он не может быть членом этой системы; система его изгоняет. Единственный случай, когда это возможно, если у семьи есть миф о бунтаре. Тогда несогласие с основным мифом подтверждает другой миф, и система остается без изменений.

Понятно, что для того чтобы всем помогать, необходимо, чтобы эти все были слегка инвалидами, а то получится, что никто не нуждается в спасителе. Спаситель может быть в моральной ипостаси, а может быть и в физической, впрочем, может быть и то, и другое вместе. Моральный спаситель нуждается в грешниках. Его семья должна состоять из людей, которые часто делают что-то плохое: пьют, воруют, гуляют, попадают в скверные истории. Спаситель выручает, и только в этом случае и может чувствовать себя спасителем.

Грешники благодарят, обещают исправиться и Физический спаситель выхаживает, лечит, кормит, приносит продукты и т. Поэтому его семья состоит из больных, беспомощных, калек, иначе как бы он смог их спасать? Мужчина среднего возраста обратился по поводу непростых отношений с женой. Они находились в первом браке, который был заключен по большой любви. После трех лет супружеской жизни у них родился ребенок, к несчастью, с тяжелой родовой травмой. Жена бросила работу и всю себя посвятила ребенку.

Муж всего себя посвятил заработку. Вместе они созидали семью, обожали своего мальчика и в целом жили дружно. Мальчик рос, постоянно наблюдался врачами, в детский сад не ходил, в школу тоже. К моменту обращения ему было двенадцать лет, он не ходил в школу, мама не работала. Одни врачи говорили, что мальчик может ходить в школу, а другие советовали оставить его на домашнем обучении, если это возможно.

Словом, мама и сын всегда были вместе, папа много работал. Пока папа спасал только своего сына, ситуация была выносимой. За год до обращения овдовела бабушка, мама нашего героя. Она осталась совсем одна, и сын старался обеспечить ей спокойную старость. Однажды зимой бабушка чуть не упала по дороге в булочную, после чего было решено, что все продукты ей будет приносить ее сын. Она совсем перестала выходить из дому.

Они жили отдельно, и моему клиенту приходилось ездить довольно далеко к своей маме. На лето теперь никуда нельзя было поехать. Связь по телефону осуществлялась два раза в день утром и вечером, совершенно неукоснительно. Примерно после полугода такой жизни мой клиент стал замечать, что у него почему-то мало сил, а жена все время раздражена. Он был прекрасным мужем и отцом, теперь стал самоотверженным сыном. Его жена также была прекрасной матерью и хранительницей домашнего очага.

Ради своих близких они отказывали себе во всем, жили на износ и Чтобы быть самоотверженной матерью, надо чтобы ребенок был неблагополучным. Если ребенок будет здоровым, придется быть обычной матерью, спасать и жертвовать не придется. Совершенно так же, чтобы быть хорошим сыном, необходимо чтобы мама была беспомощной.

Чем более беспомощен старый человек, тем ближе он по своему статусу и образу жизни к мертвецу: нет активности — нет жизни. Парадоксальная логика спасителя: я настолько хороший сын, что помогаю умереть своей матери. Еще один часто встречающийся миф — миф о героях. Как правило, в семейной истории хранятся рассказы о героических поступках предков. Там встречаются старые большевики, партизаны, люди, пережившие голод, подвергавшиеся репрессиям, вырастившие детей в тяжелых условиях, и т.

Иначе говоря, люди, преодолевшие серьезные препятствия и добившиеся результатов. Миф о героях задает определенный стандарт чувствования и миропонимания. Где герой, там все с размахом: нет радости — есть счастье, нет любви — есть неземная страсть, нет жизни — есть судьба, нет грусти — есть трагедия. Именно поэтому в семье героев люди могут поссорится на всю жизнь, не разговаривать друг с другом годами, предпринимать попытки самоубийства. В семье героев часто встречаются хронические не леченые заболевания — герои не ходят по врачам, это так понятно.

В их жизни много трудностей и проблем. У героев всегда высокий стандарт достижений, они принципиальные и непримиримые люди. Итак, мы видим, что все три вышеописанных параметра семейной системы тесно взаимосвязаны. Семейный миф диктует правила, а правила в свою очередь во многом определяют особенности общения членов системы друг с другом.

Семейные границы — четвертый параметр описания семейной системы. У каждого человека, живущего в семье, есть представление о том, кто еще входит в состав его семьи. Это представление и задает границы семьи. У людей, живущих в одной семье, представление о ее границах может быть разным. Например, мужчина женился на женщине с взрослым ребенком; они живут вместе. Мужчина считает, что его семья состоит из двух человек — его самого и его жены.

Жена считает, что ее семья состоит из трех человек — ее самой, сына и мужа. Несовпадение представлений о границах семьи может быть источником серьезных разногласий. Границы семьи могут быть очень проницаемыми или более закрытыми.

Проницаемость границ задает стиль жизни в семье. Открытая семья полна народу, гостей, приходящих без предупреждения, иногородней родни. Для гостей не готовится специального угощения, дети жестко отделены от взрослых, например, они, как правило, сами ложатся спать, сами делают уроки и вообще живут своей жизнью.

Это понятно: взрослым не до них. При более закрытых границах семьи гости приходят только по приглашению, существует специальный ритуал приема гостей, например, угощение, праздничная посуда, уборка накануне. В такой семье дети обычно менее самостоятельны, взрослые больше включены в их жизнь. Как видно, существует определенная закономерность: чем более закрыты внешние границы семейной системы, тем более открыты границы внутрисемейных подсистем.

Расстановка границ семейных подсистем определяет коалиции, существующие в семье. Функциональные коалиции — это супружеская подсистема и детская подсистема. Остальные варианты коалиций, как правило, дисфункциональны. Дисфункциональные коалиции, указывающие на наличие проблем в семье, — это, например, подсистема мамы и детей, с одной стороны, и папы — с другой.

Или мама с одним ребенком против папы с другим ребенком. Или жена со своими родителями в коалиции против мужа со своими родителями. Примеров множество. Семейные коалиции указывают на структуру и иерархию в семье, а также на семейную проблему. Коалиции — центральное понятие структурного подхода в системной семейной психотерапии Минухин, Фишман, Мама обратилась по поводу своего десятилетнего сына.

Мальчик отказывался ходить в школу и оставаться один дома. Маме пришлось уйти с работы, чтобы с ним сидеть. Более того, через некоторое время мальчик переместился ночевать в супружескую спальную своих родителей. В семье всегда существовала коалиция мама—сын. Папа был на периферии семейной системы, много работал, отправлял жену с сыном отдыхать заграницу, но сам с ними не ехал — не хватало денег на троих. Папа ходил за продуктами после работы и готовил дома по выходным дням.

Его вес и положение в семье были очень незначительными. Маленький тиран — его сын — справедливо рассудил, что легко займет место своего отца рядом с мамой. Требуемое воздействие в данном случае — это изменение семейных коалиций и отведение ребенку подобающего места. Позиция папы должна быть усилена, коалиция мамы с сыном разрушена. Это необходимо, поскольку перед мальчиком вскоре встанет задача преодоления кризиса идентичности, что очень трудно сделать, не пройдя через сепарацию от своей семьи.

Пятый параметр семейной системы — это стабилизатор, то есть то, что скрепляет систему, что помогает людям держаться вместе. Вообще говоря, все вышеописанное является стабилизаторами, особенно семейный миф. В определенном смысле семья — это группа людей, разделяющая общий миф. Общий миф или общие мифы — условие, необходимое для существования семьи, но недостаточное. В разные периоды жизни семьи существуют разные стабилизаторы.

Общие дела: хозяйство, распределение функций, общий бюджет, общие дети, страх одиночества — это обычные стабилизаторы, которые естественно присутствуют в каждой семье. Внешняя макросистема — также неплохой стабилизатор, особенно в тех обществах, где общепризнана ценность брака, где одинокие женщины или одинокие мужчины воспринимаются как неудачники.

Там негативен сам факт развода, и общественное мнение является стабилизатором семьи. В практике работы с семьей приходится иметь дело со своеобразными стабилизаторами. Например, нередко отклонения в поведении и развитии ребенка становятся мощнейшим стабилизатором семейной системы. Предложу схему того, как работает стабилизатор, на примере ночного энуреза у ребенка.

В дисфункциональной семье, где супруги с трудом уживаются вместе, появляется ребенок. Известно, что трудный брак — это всегда трудный секс. В нашей культуре непроизвольное ночное мочеиспускание считается возрастной нормой примерно до двух с половиной — трех лет. Случилось так, что в течение первых двух лет жизни ребенка отношения супругов портились; особенно негармоничными становились сексуальные отношения.

Итак, сексуальные отношения складывались непросто, но в остальном брак представлял ценность для супругов. Возникла непростая задача — сохранить добрые отношения, но избежать интимной близости. Беспокойство за ребенка: как он там, не мокрый ли, не раскрылся ли — хороший повод, чтобы отлучаться к детской кроватке и ссылаться на свое беспокойство как на причину неготовности к сексу.

Не ты плохой любовник или плохая любовница, а просто тревожное родительское сердце отвлекает. А тут как раз ребенку и по возрасту пора начать проситься, а он не просится, и это неслучайно. Родители или один из них начинают высаживать ребенка ночью, а также явно реагировать на мокрую постель. Для ребенка такое поведение родителей является положительной обратной связью, подкреплением мокрой постели, потому что для него значимым сигналом является любое, пусть даже эмоционально негативное внимание к нему.

Мокрая постель для ребенка становится путем к сердцу родителей. Идет время, ребенок растет. Теперь ночное недержание мочи квалифицируется как энурез. В семейной системе он занимает достойное место. Я вспоминаю одну семью, где энурезом страдал одиннадцатилетний мальчик. Семья жила в трехкомнатной квартире. Были детская с книжками, письменным столом и игрушками, гостиная с диваном и телевизором и спальня с двуспальной кроватью и трюмо.

В спальне спали мама и сын. Папа спал на диване в гостиной. Мама объясняла, что ей проще высаживать ребенка ночью, если он спит под боком. Интимные отношения супруги не поддерживали больше семи лет. Энурез сына стал использоваться ими как достойный способ без конфликтов и тягостного выяснения отношений избегать половой близости друг с другом и при этом не разрушать семью. Рассматривая все вышеперечисленные параметры семейной системы мы невольно подразумевали некую историю становления семьи.

Иначе говоря, для успешной работы с семьей необходимо знать не только положение сегодняшнего дня, которое описывается предыдущими параметрами, но и то, каким образом семья дошла до этого положения. Семейное прошлое складывается из прошлого опыта жизни членов семьи, из того, что они пережили в своей родительской семье и в прошлых браках или во внебрачных отношениях. Из прошлого человек привносит в свою семью, во-первых, правила и мифы своей родительской семьи в неизменном виде или в негативном отображении; во-вторых, ожидания и потребности, которые сформировались под влиянием прошлого опыта.

Правила и мифы родительской семьи присутствуют в виде привычек и ритуалов, в виде чувства комфорта, которое возникает, когда осуществляется привычный стиль жизни, разумеется, в тех случаях, когда в родительской семье человеку было хорошо и он хочет повторить приятный опыт. Впрочем, не обязательно даже, чтобы было хорошо, так как многое происходит без осознания. Например, режим сна. Привычка ложиться спать рано или поздно зависит от режима жизни в родительской семье.

Если партнер имел другой режим, то могут быть проблемы. В любом случае этот вопрос придется решать, находить компромисс или одному партнеру менять свой привычный режим. То же самое относится к привычкам питания или привычным способам выяснять отношения: в одной семье кричат во время разногласий, в другой — перестают разговаривать и т. Чем сложнее паттерны поведения, тем труднее договариваться. Например, сексуально привлекательный вид и поведение, знаки любви и внимания, способы выражать вину и сожаление — это сложные и плохо осознаваемые поведенческие последовательности, которые очень трудно поддаются изменениям.

Помимо привычек и моделей человек привносит в брачный союз ожидания и массу нереализованных потребностей. Собственно говоря, удачный брак — это такой брак, в котором могут реализовываться потребности и фантазии. Если существенные потребности не могут реализовываться в браке, то обычно он переживает серьезный кризис или разваливается. Любовь — самое корыстное чувство. Уже на этапе выбора партнера происходит вычисление вероятности удовлетворения психологических потребностей в отношениях с этим человеком.

Ловушка заключается лишь в том, что потребности меняются. Существует естественная смена потребностей, если удовлетворены одни потребности, то им на смену выступают другие. Скажем, если человеку важно быть спасателем и благодетелем, если, именно спасая, он чувствует свою значимость и повышает свою самооценку, то он влюбляется в такого человека, в отношениях с которым можно реализовать эти потребности.

Одна моя клиентка всякий раз влюблялась в несчастных, страдающих мужчин, причем страдавших в детстве: одного оставила мать, у другого мать умерла, когда он был маленьким. Мужчины также видели в ней маму и в начале отношений с удовольствием пользовались ее жалостью. Однако с течением времени они удовлетворяли свою потребность иметь хорошую маму и уже готовы были видеть в ней либо равную партнершу, либо даже дочку; она же все продолжала видеть в них детей. Рассогласование этих важных психологических потребностей разрушало отношения супругов.

Эта ситуация с точностью до мелочей повторялась дважды в жизни моей клиентки. Откуда возникла эта потребность? В данном случае она возникла из-за ее своеобразных отношений с матерью и вообще от внутрисемейного статуса мамы в родительской семье клиентки. Там мать была эмоциональным центром семьи, она всегда была права, она принимала решения, она была благодетельницей как для домашних, так и для посторонних людей.

При этом в семье было известно, что дети должны знать свое место, не мешаться, вот вырастут — поймут. Моя клиентка усвоила, что взрослость начинается с материнства, по крайней мере у женщины. Став матерью, женщина в значительной мере обретает смысл своей жизни, а также множество прав и возможностей. Отношения с матерью в дальнейшем складывались непросто. К моменту выхода замуж первый раз она была девушкой с острой потребностью самоутвердиться.

Как это сделать, было известно. Часто собственная семейная жизнь устраивается для того, чтобы решить нерешенные проблемы семьи своего детства. Партнер для этого находится снайперски. Понимая свою невысокую ценность на рынке женихов из-за своей низкой самооценки , он выбирает себе в невесты простую девушку, никак не рискуя быть отвергнутым, и женится, получая тем самым путевку в настоящую взрослую жизнь.

Золушка выходит за него замуж прежде всего для того, чтобы покинуть семью своей мачехи. Угадывание возможности реализовать в этих отношениях заветные потребности и вызывает у молодых людей любовь друг к другу. К сожалению, эти потребности пытаются реализовать просто через акт бракосочетания, что никак не гарантирует долговечность союза.

Нередко в браке человек старается осуществить то, что требуется для его нормального психического развития, но что, однако, не было осуществлено в родительской семье. В каждой семье необходимый этап — сепарация детей от родителей. Каждый ребенок должен пройти процесс сепарации для того, чтобы стать взрослым, самостоятельным, ответственным, для того, чтобы быть способным создать собственную семью.

Известно, что прохождение стадии сепарации есть одна из самых сложных задач развития семьи. Нередко, не имея возможности найти другой такой же стабилизатор, как дети, семья не позволяет детям или ребенку отделиться. Однако для нормального психического развития ребенку необходимо пережить процесс сепарации.

Если это не удается с мамой и с папой, то должно осуществиться с мужем или женой. В этих случаях брак заключается для развода. Все мы получаем в детстве некие предписания и рецепты о том, как жить. Это называется воспитанием. Семейную историю удобно и эффективно прослеживать с помощью техники генограммы McGoldrick, Gerson, Эта техника позволяет проследить стереотипы взаимодействия всех ветвей семьи в трех поколениях, вычислить сценарии и подводные камни семейной жизни. Психотерапевт расспрашивает семью о родственниках и строит генеалогическое дерево семьи в трех поколениях.

Затем необходимо выяснить особенности взаимоотношений членов семьи друг с другом, семейные предания, истории, которые передаются из поколение в поколение. Психотерапевт расспрашивает о характерах людей, истории их знакомства, истории рождения детей, переездах и других изменениях в судьбах.

Из всего этого складывается история семьи, которую затем психотерапевт интерпретирует семье, показывает связь той проблемы, с которой семья обратилась, с прошлым этой семьи. Приведу пример. Обратилась семья с трехлетним мальчиком. Он страдал страхами, не любил гулять, боялся темноты, не спал один в комнате.

Родители были преподавателями, то есть у них был достаточно свободный режим, поэтому они держали мальчика дома, не отдавали в детские учреждения, сидели с ним сами по очереди. Обратились они по поводу страхов сына. В ходе беседы выяснилось, что супружеские отношения у них сейчас также не в лучшем виде. Исчезло доверие и взаимопонимание, они все время были недовольны друг другом, вместо разговоров происходило высказывание претензий и упреков.

Разумеется, ребенок бывал непременным свидетелем этих ссор. До рождения ребенка супруги прожили вместе тринадцать лет и были довольны своим браком. Обращает на себя внимание то, как много усилий тратит семья, чтобы постоянно находится в родительских ролях. Она, Нина, выросла в неполной семье. Ее бабушка и дедушка развелись перед войной, когда у них было четверо детей: два мальчика и две последние девочки-двойняшки.

Старшие дети умерли от болезни до развода. Затем умирает одна девочка из пары, и бабушка остается с единственной дочерью. Отец погибает на фронте. Дочка выросла и влюбилась в женатого мужчину. От этого романа родилась девочка Нина. Брачного союза не получилось, зато дочка осталась. При анализе ее генограммы Нина сказала, что ей теперь кажется, что мама родила ее для бабушки, чтобы смягчить боль утраты детей. Возможно, и мама сама хотела воссоздать себе сестру. Так или иначе девочкой и домом занималась бабушка, она была функциональной мамой своей внучке, а мама работала.

Кроме того, она выросла в ситуации спутанности и замещения семейных ролей. Она сама замещала дочь бабушке и сестру маме. Она не имела модели супружеской жизни и не умела быть женой, так как не видела, как это делается, в своей семье. Он, Петя, напротив, вырос в полной, традиционной, патриархальной семье в старинном русском городке.

Он — младший ребенок, у него есть еще старшая сестра. Папа зарабатывал деньги, все чинил и таскал тяжести. Мама стирала, убирала и готовила, а кроме того, ворчала на мужа. Семья жила без бабушек и дедушек, Петя был достаточно избалован. Он имел ясные модели материнского и отцовского поведения, хорошо усвоил, что значит быть мужем и что должна делать жена.

Петя вырос и поступил в Москве в университет. Нина к этому моменту уже училась в университете три года, но на другом факультете. Петя скучал по своей семье и чувствовал себя достаточно одиноким в общежитии. Они познакомились случайно, разница в возрасте в четыре года их не смутила, и после непродолжительного романа они поженились.

Тринадцать лет супруги прожили в браке, не заводили детей, а занимались своей карьерой. За это время они защитили кандидатские диссертации, получили московскую прописку и выменяли свою комнату в коммунальной квартире на маленькую двухкомнатную квартиру. Они были довольны друг другом. Какие потребности они удовлетворяли в этом браке? Нина вышла замуж и вместо мужа получила сынка. Она выполнила тем самым свое предписание.

Петя в этом браке самоутверждался. В своей родительской семье он был младшим, с одной стороны, любимым, а с другой — он должен был подчиняться всем, кто был старше, в том числе и своей сестре. Характер у него властный и самолюбивый. По отношению к своим родителям он оставался почтительным сыном, зато был придирчивым и требовательным к жене. Итак, роли в этой семье распределились не случайно, но удачно. Проблемы начались, когда родился долгожданный ребенок.

Нина стала мамой своему биологическому сыну и перестала быть мамой своему мужу Пете. Петя при этом стал папой сыну и готов был стать наконец мужем своей жене, но она не была готова к этому, у нее не было модели поведения жены. Когда они заботились о своем сыне, осуществляли родительские функции, отношения оставались бесконфликтными.

Как только супруги оставались наедине, возникало ощущение пустоты и бессмысленности, начинались взаимные претензии и упреки. Наиболее известные и широко используемые эвристики — это циркулярность, нейтральность и гипотетичность Palazzoli et al. Этот принцип гласит: все, что происходит в семье, подчиняется не линейной, а циркулярной логике. Рассмотрим процесс перехода от рассмотрения случая в линейной логике к рассмотрению случая в циркулярной логике.

Обращается мама с жалобой на то, что ее девятилетний сын плохо учится в школе. В линейной логике причина детского нарушения видится в ребенке. Ребенок плохо учится, потому что у него наблюдаются нарушения развития высших психических функций, и он просто не справляется со школьными требованиями в силу нарушений памяти, внимания, мышления и т. Или ребенок плохо учится, потому что у него школьный невроз.

Возможно и то, и другое. Психологическая диагностика позволяет проверить и ту, и другую линейную гипотезу. В очень многих случаях мы видим, что неуспеваемость не связана или целиком не объясняется вышеназванными возможными причинами. Сделаем первый шаг к круговой причинности. Расспросив обратившихся, выясняем, что мама все время делает уроки с ребенком.

Следовательно, у ребенка не выработано навыков самостоятельной работы, которые он мог использовать при работе в классе. Редкая мать этого не понимает, но тем не менее часами делает уроки с ребенком. Зачем ей нужно проводить так много времени за уроками? Затем, что в это время она чувствует себя нужной и необходимой. Зачем маме нужно это чувствовать?

Затем, что у мамы и папы не слишком хорошо складываются отношения, мама часто чувствует себя ненужной мужу, у нее возникает эмоциональный вакуум, она восполняет его в общении с сыном. Если у сына будет все в порядке, интенсивность скандалов между мамой и папой увеличится просто в силу того, что у мамы будет больше времени задуматься о проблемах своей семьи.

Скандалы — угроза стабильности семьи. Их не хочет никто. Итак, круг замкнулся. Чем хуже мальчик учится в школе, тем больше времени мама и сын проводят вместе за уроками, тем меньше мама и папа выясняют отношения, тем стабильнее семья. Понятно, что эту круговую зависимость видит вначале терапии только психолог. Постепенно с помощью специально разработанного метода циркулярного интервью эту зависимость начинают видеть все. Как только это произошло, в семье становятся возможными перемены, семья становится доступной для психотерапевтического воздействия.

Если психолог остается в линейной логике, то либо он может наладить учебу ребенка в школе на короткое время, либо у ребенка возникнет другое нарушение поведения, которое будет стабилизатором семейной системы вместо неуспеваемости. В худшем случае успех ребенка приведет к распаду семьи. Эти процессы многократно и подробно были описаны такими авторами, как Джей Хейли и Клу Маданес Haley, , Madaness, По моему опыту многолетнего преподавания системной семейной терапии, самое сложное — научить пользоваться циркулярной логикой, видеть круговую причинность событий, отмечать круговые взаимодействия членов семьи между собой.

Как только в голове психотерапевта возникает циркулярная логика, выбор способа воздействия на семейную систему становится простой технической задачей. Принцип нейтральности утверждает: эффективная психотерапия требует сохранения психотерапевтом нейтральной позиции. Он равно сочувствует всем членам семьи, не присоединяется внутренне ни к кому и обеспечивает всем членам семьи равные возможности говорить и быть услышанным и понятым.

Этот принцип соблюдать непросто. Наиболее частый вариант его нарушения — попадание женщин-психотерапевтов в позицию суперматери. В дисфункциональной семье страдают все, но страдание детей видится ярко, особенно в нашей центрированной на детях культуре. Кажется, что нерадивые родители несправедливо обижают детей. Это сообщение очень легко прочитывается, и мать, естественно, защищается и сопротивляется.

Это сопротивление, спровоцированное поведением терапевта, часто сводит все его усилия на нет. Семья прерывает терапию. Основная цель общения терапевта с семьей — проверка гипотезы о цели и смысле семейной дисфункции.

Как уже было отмечено выше, основные вопросы, которые задает себе семейный психотерапевт: зачем в семье происходит то, что происходит? Первичная гипотеза терапевта и определяет его стратегию беседы с семьей. В тех случаях, когда у терапевта не сформулирована первичная гипотеза, его беседа с семьей хаотична; нередко инициативу в ведении беседы берет на себя самый мотивированный член семьи.

Не следует забывать, что вести беседу со всей семьей одновременно непросто. Беседа в индивидуальной терапии диалог не аналогична беседе со всей семьей полилогу. Также не является моделью работа с группой, поскольку при работе с семьей мы не можем опираться на обычную групповую динамику. Единственная возможность построить эффективное общение со столь разновозрастной формальной группой, которой является семья, — это опора на некую метацель, обеспечиваемую первичной гипотезой.

Системная семейная психотерапия осуществляется сразу со всей семьей. На прием приглашаются все члены семьи, проживающие вместе, независимо от возраста: и старики, и грудные дети. Это особенно важно в начале работы, так как дает возможность непосредственно увидеть невербальные аспекты взаимоотношений людей, семейные коалиции, стереотипы общения, семейные правила. На прием пришла семья: бабушка по материнской линии , мама, папа и ребенок трех месяцев.

Жалобы были на частые конфликты молодых супругов. В кабинете семья расположилась следующим образом: бабушка и мама рядом, бабушка держит на руках младенца, папа сидит на некотором расстоянии от этой группы. Понятно, что гипотеза о возможных нарушениях функционирования этой семейной системы рождается очень быстро: бабушка — функциональная мать младенца.

Его биологическая мама — функциональная сестра, сепарация между мамой и дочкой не произошла, в семье идет борьба за власть и влияние между мужем и бабушкой. Структурно семья поделена так: коалиция бабушка—мама—ребенок и иногда коалиция мама—папа. Мама находится между двух огней, она поставлена в ситуацию выбора между мужем и своей матерью.

Очень важно дать семье возможность выбрать расположение в пространстве. Поэтому в кабинете семейного психотерапевта всегда должно быть больше стульев и кресел, чем членов семьи. Взаимное расположение — быстрый и надежный способ диагностики семейной структуры Минухин, Фишман, Предварительная договоренность о приходе семьи должна производится самим психотерапевтом или членом его команды. Содержание предварительной беседы позволяет сформулировать системную гипотезу еще до начала непосредственной работы с семьей.

И если вспомнить четыре фазы работы с семейной парой, которая описывала Маргерита Спаньоло Лобб, то на первой фазе мы обязательно даем супругам поговорить друг с другом. Это - обязательный элемент любой встречи у семейного терапевта. Мы смотрим, как люди говорят, и учитывая то, что люди обычно жалуются на то, что «Мы все время ругаемся, но не хотим, все время попадаем в порочный круг! И вот пример про системность.

Жена говорит мужу: «А на соседней улице открыли кинотеатр! Как вы думаете, что она имеет в виду, обращаясь к своему супругу? Очевидно, что она хочет пойти в кино. Как вы думаете, почему она ему этого не говорит? Она хочет, чтобы он проявил инициативу. И теперь мы переходим к вопросу «Зачем? Зачем она так говорит? Затем, что она не хочет слышать прямого ответа и не хочет говорить своего.

Затем, чтобы не брать ответственность, и учитывая петли обратной связи, она скорее всего боится услышать отказ, который много раз от него получала и который для нее болезнен. Она этого избегает. Но дальше может развернуться жесткая полемика, она может его объявить некультурным человеком. Даже если он в итоге согласится а он ведь может и отказаться идти в это кино.

И вовсе не потому, что он некультурный человек, а потому что он не хочет, чтобы за него кто-то решал. И хотя бы в этих отношениях он хочет решать за себя сам. И смысл этих полемик не в том, что кто-то хочет мороженое, а кто-то пиццу, а в том, что, может, кому-то все время рассказывал, что делать, кто-то другой - какая-нибудь историческая фигура говорила, что ему делать, что есть и так далее. Кто-то другой определял его реальность и его потребности подменял своими. На второй фазе Маргерита Спаньоло Лобб рекомендует спрашивать у людей, что они ещё могут делать хорошего вместе, для того чтобы понять, зачем они вообще пришли.

Иногда они приходят разводиться, и это тоже хороший запрос. Раньше семейные терапевты были очарованы парой, говорили, какие они хорошие ребята, вот бы им остаться вместе! А мы не можем знать, что нужно системе. И мы видим только то, что они нам приносят, и если они смогут на наших глазах поговорить о том, что их привело, будет уже очень здорово. Да, они могут прийти с запросом, который несет в себе двойное послание, и начинающий терапевт иногда туда впрягается. Например - один готов разводиться и хочет , а второй говорит, что хочет сохранить брак, и терапевт рьяно берётся за работу, которую невозможно выполнить.

Поэтому нужно показать им это двойное послание и ориентироваться на себя — что и является выходом из ситуации двойного зажима. Можно объяснить, что это невозможно, что терапевт бессилен, и можно только научить их говорить. И говорить о своих компетенциях, чтобы клиенты понимали, что терапевт не всемогущ. Если терапевты работают в паре, это очень здорово, потому что, опираясь друг на друга, терапевты могут научить супругов говорить, понимать, что можно иметь разные мнения и друг друга не убивать, что можно экологично высказывать разные мнения.

И тогда они увидят, что это возможно. Каждый может оставаться в своей концепции, но двигаться с партнером вместе. На третьей фазе предлагается научить людей переводить обвинения в просьбы, в инструкции по обращению с собой. То есть наши привычные постоянные обвинения, которые мы годами слышали в родительских семьях, можно перевести в послания. Но чтобы застывший паттерн растворился, нужно примерно полтора года повторений. Понятно, что люди будут попадать в привычные им способы, и люди, которые обучаются гештальту, понимают, что мы все равно срываемся туда.

Когда приходит, например, выпивший муж в два часа ночи, и жена начинает атаковать его. Но в действительности она может сказать, что она боится его потерять, что ей страшно за детей, когда он приходит пьяным, что она боится, что с ним что-то случилось, когда он не берет трубку. Она так выражает свою просьбу.

И мы в терапии учим людей говорить о себе, а не о партнёре. И иногда люди не понимают, что такое говорить о себе, особенно алекситимики, которым недоступны чувства. Они будут скорее говорить, например, так: «я чувствую, что она телепатически рассказывать То есть можно весьма много времени посвятить развитию их аффективной сферы, исследуя, где дефицит. Иногда один из супругов более продвинут, чем другой, и часто представители терапевтического сообщества притаскивают за собой своего мужа или жену, и пытаются высечь из него преждевременно говорение, к которому они привыкли на группах.

Тогда нужно отправлять человека на личную терапию. И терапевт не должен по- отдельности брать мужа и жену. Иногда это делают, я слышала об этом часто на супервизиях. Терапевт говорит, что работает с мужчиной, который иногда ходит на сессии с женой, иногда один, а иногда - с девушкой альтернативной. Это нельзя делать ни в коем случае, поскольку вы становитесь склепом и хранилищем тайн.

Нужно пресекать любые подобные попытки клиентов. Например, между сессиями кто-то один может вам написать, позвонить, и вы обязаны проговорить, что все о чем мы говорим, будет достоянием всех троих, на следующей сессии.

И лучше об этом сразу предупреждать. На четвертой фазе нужно научить людей понимать что партнер не для того чтобы латать их дыры и дефициты, а для того чтобы в совместном поиске, развитии, встречаться иногда, а иногда - расставаться и быть довольными жизнью. Потому что признаки счастливого брака - это когда оба партнера удовлетворены и каждый своей жизнью отдельно, и своей совместной жизнью.

И если вспомнить супругов Резников, то они называют свой брак «иногда счастливым». И они еще говорят о тайно несчастных браках - это браки, где ничего не обсуждается. То есть там происходят взрывы, которые бывают внешними — разводы, разрывы, а иногда они внутренние - когда человек разрывается изнутри и, ни о чем не сообщая, начинает себя симптоматическим образом себя вести, как-то показывая партнеру путем болезни или поведения, или пассивно-агрессивным способом , что это все ему уже надоело.

И тогда мы обучаем их говорить сложную правду. У Курта Людевига об это хорошо написано: «Я тебя люблю и благодарен тебе за прожитые годы. И я ухожу». Это та правда, которую многие не решаются сказать. И тот брак, который эволюционно был сформирован еще до Ветхого Завета, когда женщина не могла уберечь потомство без мужчины, который охранял и приносил пищу, а мужчина не мог воспроизводиться без помощи женщины, в наше время вроде как будто бы и не нужен, потому что человек способен сам себя обеспечить, прокормить и вырастить потомство.

Но, поскольку та модель, когда двое становятся одним, до сих пор жива, то это предполагает модель слияния - когда стираются границы, различий быть не должно, и люди должны быть одним и тем же, и тут контакт невозможен. Потому что, чтобы контакт происходил, нужно присутствие двух разных людей.

И основной вопрос тут в том, как они справляются с различиями, а не в том, в чем различия состоят. Если мы говорим о том, вторник сегодня или среда, то мы говорим не об этом, а о том, кто и что об этом представляет. И вопрос в том, чье восприятие в итоге будет определять реальность. Потому что если мое восприятие реальность другого не определяет, то я буду на него обижаться и пытаться впихнуть его в какие-то свои рамки. И опять мы возвращаемся к тому, с чем пары приходят в терапию. Нужно сказать, что слияние - это неплохо, потому что любой способ прерывания контакта полезен.

Так, например, интроекты могут спасти нам жизнь, мы не пойдем на красный свет и не будем совать руку в розетку, нам сказали, что этого делать не нужно. Или мы видели, что происходит с людьми, которые так сделали. Слияние прекрасно, когда оно про секс, когда мы поем хором… Но оно не может длиться вечно. И хорошо бы расходиться и создавать дистанцию. А во многих случаях люди жертвуют собой. И я говорю не только о браках и романтических отношениях, но и о дружбе и коллегиальных отношениях.

Любая пара может таким образом организоваться. Поскольку существует основная дилемма любого человека аналитики называют ее шизоидной. Это потребность быть принадлежным и отдельным одновременно. И вот как с этой шизоидной дилеммой быть, когда у нас принят слиянческий брак? Вместо этого Резники предлагают модель сотрудничества. Это когда людей обучают говорить друг с другом прямо, то есть они конфронтируют со старой моделью брака.

Людям, конечно, это не нравится, потому что они привыкли, чтобы их слушались, поэтому они могут разочарованно уйти из терапии, а иногда терапию блокирует кто-то один из супругов. И тогда мы ничего не можем с этим сделать - только вежливо попрощаться. С одним человеком мы прекращаем работать, мы не можем работать, если их нет всех.

Питер Филиппсон рекомендует паре не расставаться в течении первых полугода терапии. Он прекрасно понимает, что люди могут этого не соблюсти. Но этот срок он предлагает именно для того, чтобы люди имели достаточно времени, чтобы быть в курсе дел друг друга и познакомиться. И таким образом понять, подходит или не подходит партнер, готовы ли они пребывать или не готовы в этих отношениях.

Я сейчас вспоминаю описанные Зинкером пять моделей семьи по способу прерывания контакта. Тот, кто знаком с гештальтом, наверняка их знает. В этой семье должен быть кормящий и тот, кто поглощает эту еду, который ходят постоянно с открытым ртом, и, не переваривая, поглощает все, что ему даётся. Если дети хорошо на это реагируют, выплевывая все, что невкусно, в лицо кормящей фигуре, то взрослые с детства приучены заглатывать все, что им говорят.

Это называется интроектами. Их усваивают, не переваривая, и потом приходят в терапию, потому что люди не знают, где их жизнь, а где - не их, не понимают, чего они хотят, потому что их потребности были задавлены. Часть интроектов становится нашими ценностями, какие-то - нет. И это очень ленивый способ прерывания контакта, потому что тот, кто глотает, не переваривая и не рассматривая, что это, не понимая «про него» это или «не про него», не тратит много усилий и просто живет так, как ему говорится.

Это - слияние. Та семья, у которой нет границ. Там иногда непонятно даже, где и чья комната, кто и где будет ночевать. Я встречала такие случаи, и только у одного человека который, собственно, был идентифицированным пациентом , есть комната, в которую он врезал замок, потому что туда без стука все входили. В проективных семьях и системах обычно один человек превосходит по скорости остальных, он живой и активный, а партнер не сообщает о себе и молчит, и это его системный вклад.

Другому человеку остаётся только догадываться, он решает за него, так удобнее и быстрее - не спрашивать ничего. И второй, исполненный благодарности, тащится за более энергичным, хотя возможно и не хочет этого совершенно. Иногда это заканчивается восстанием и взрывом, поскольку напряжение это очень долго накапливается, а человек не говорит о себе и не дает времени себе разобраться - потому что он медленный и уже «на все согласен».

Там часто люди болеют, они горды своей независимостью и встречаются друг с другом если метафорически говорить , «в галстуках». Там нет телесного контакта, эмоции невозможно прочитать, дети вырастают иногда очень чувствительными. Там не принято говорить ни о себе, ни о других, очень много тайн. Есть возможность выливать это в дневники или творчество. Люди в такой семье могут запить, потому что так им теплее, могут быть и химические зависимости, или психозы. То есть энергиями они не обмениваются, и чувства ретрофлексируются.

То, что предназначено для других и в мир, в итоге направляется на себя, и часто это - агрессия. Это семья, которую Дж. Зинкер описывал, как присущую его родителям и себе тоже. Люди уклоняются от темы, от обсуждения чего угодно.

То есть любая тема, которая может вызывать потенциальную тревогу, сразу парируется, и это иногда происходит мгновенно. Та тема, которая может вызвать негативные последствия, сразу переводится на другую тему. Например, Зинкер описывал, как он приехал домой и уже два года не видел родителей, а его мама до этого была в больнице. Он сказал, что соскучился, и начал спрашивать маму, как та себя чувствует.

На что она спросила его про прическу, а не его вопрос не ответила. То есть узнать о другом человеке невозможно. И мы как раз учим клиентов говорению о себе. Это и будет хорошим результатом семейной терапии - когда люди перестанут врать. Я сейчас вспоминаю Стивена Кинга, горячо любимого мной, который говорил, что только враги говорят правду, а друзья и возлюбленные лгут друг другу, пойманные в паутину долга. Чтобы это долженствование исчезло, люди должны разграничиться и научиться говорить о себе, и иногда говорить о себе и семейному терапевту.

При хорошем результате работы приятно наблюдать, когда молодые и не очень люди могут говорить без него терапевта друг с другом. И им очень сложно было этому научиться. И тогда терапевт может отдохнуть метафорически говоря и просто смотреть на них с радостью и печалью, переживая их моменты. И тогда терапевт может их покинуть. Подпишитесь на нашу рассылку и получайте последние новости и интересные материалы нашего института. Оставьте свой номер телефона и наш менеджер свяжется с Вами в самое ближайшее время.

Отправляя эту форму, Вы принимаете условия обработки и использования персональных данных. Этот сайт использует файлы cookie. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie. Главная Библиотека Гештальт подход в работе с нарушениями коммуникации в паре. Гештальт подход в работе с нарушениями коммуникации в паре. Видеозапись смотрите по ссылке Сегодня я буду рассказывать о нарушениях коммуникации в паре, и о том, как гештальт-подход и другие подходы например, системный семейный подход с этим работают.

Но в действительности все происходит наоборот, вытеснены у них другие страхи. Нужно сказать также о стилях коммуникации, о которых писал Готтман. Первый — критика. Второй всадник - это стеб. Третий — нападение. Это контратака на то, что кто-то предъявляет свою потребность на границе контакта.

Четвертый — игнор. Первый тип - это заискивающее говорение. Второй тип - это обвиняющий. Третий тип - это расчетливый. Четвертый тип - отстраненный. В основном слушает и не говорит. Пятый тип - уравновешенный У него есть единственный недостаток - он говорит правду. А правду часто не готовы слышать.

Система гораздо больше, чем любой из ее элементов. И гораздо больше нас, а мы вообще не там. Нотр-Дам сгорел? Но он горел. И можно будет посчитать, что это - очень хороший результат, и задача выполнена. Программа для тех, кто хочет получить профессиональное образование в области психологического консультирования информация о программе по ссылке. Конференция для психологов-практиков, гештальт-терапевтов, клинических психологов «Гештальт-подход в клинической практике» информация о конференции по ссылке.

Лекции для психологов, психотерапевтов «Духовные практики как исторические корни современной психотерапии» информация о курсе лекций по ссылке. Дата публикации Тэги записи гештальт-терапия психология психотерапия семейная психология семья. Будьте в курсе наших событий Подпишитесь на нашу рассылку и получайте последние новости и интересные материалы нашего института Подписаться.

Следите за нами в социальных сетях Подписывайтесь и следите за обновлениями. Благодарим Вас за обращение Мы перезвоним Вам в ближайшее время.